Николай Поповский

Поповский Николай Никитич (1726 (1728), г. Москва — 13 (24) февраля 1760, г. Москва) — поэт, педагог, философ, переводчик.

Родился Николай в Москве в семье священника. Отец его принадлежал к духовенству церкви Василия Блаженного. Мальчик получил начальное образование в Славяно-греко-латинской академии. Среди многих других юношей именно Поповского В.К. Тредиаковский выбрал для обучения в Академическом университете, когда юноше было двадцать лет. 24 марта 1748 года он был отправлен в город Петербург.

31 марта 1748 года Поповский в числе остальных студентов блестяще сдал экзамен, на котором его увидел М.В. Ломоносов. В мае 1748 года Поповский пристрастился к лекциям Тредиаковского, также он с удовольствием посещал занятия Крузиуса, который читал лекции по латинскому языку. Параллельно с этим Поповский увлекался изучением «элоквенции», литературы и истории античности. Математические способности Поповского развивал Рихман.

В этом же году, 20 декабря. Миллер представил рапорт, в котором описывал успехи Поповского у Крузиуса и Тредиаковского «между лучшими», а у Рихмана — «между средними и худыми». После того как в январе-феврале 1750 года студент сдал экзамены, он получил аттестацию, в которой говорилось, что как математик Поповский весьма посредственен, но не без надежды. Про студента утверждали, что он «понятие имеет», кроме всего прочего «показывает немалое прилежание», знает французский и немецкий языки и переводит «по-русски и потом по-латински» очень хорошо.  

Первый поэтический опыт Поповского, известный нынешним литературоведам, привлек внимание самого Ломоносова. Эклога «Зима» была написана в период конца 1750 года — начала 1751 года. Ломоносов посылал произведение И.И. Шувалову, указывая, что не исправил в нем «ни единого слова». До нас текст стихотворения, к сожалению, дошел лишь частично.

Поповский продолжал учиться, и уже в мае-июне 1751 года, после сдачи экзаменов, заслужил положительный отзыв комиссии. В нем говорилось, что в естественных науках студент «не весьма много упражнялся», а вот словесные и философские науки изучил хорошо, причем даже продекламировал перед комиссией «своего сочинения стихи», написанные на латинском и русском языках. Экзаменационная комиссия единогласно утверждала, что поэту надлежит стать хорошим «стихотворцем и оратором Академии».

В мае 1752 года Поповский посещал лекции Ломоносова по стихотворчеству. Наставник юноши был очень доволен его достижениями. Он отзывался о студенте всегда положительно, отмечая рост его словесного мастерства. 12 января 1753 года Ломоносов составил рапорт, в котором не только ставил высокую оценку «Оде» на восшествие Императрицы Елизаветы, но и заявлял, что Поповский уже способен приносить Академии наук «честь и пользу».

В марте 1753 года был издан первый перевод Поповского «Письмо Горация Флакка о стихотворстве к Пизонам», к нему прилагались пять од Горация. 19 января 1753 года поэт сдал экзамены и наконец получил ту оценку от экзаменаторов в своей характеристике, о которой всегда мечтал: в гуманитарных науках и особенно стихотворстве Поповский «лучше всех». При этом юноше едва исполнилось двадцать пять лет. Академики Браун и Фишер тоже дали ему положительные отзывы. В это же время Ломоносов в письме от 23 августа 1753 года предложил И.И. Шувалову назначить Поповского ректором Академической гимназии.

В сентябре 1753 года поэт был утвержден в звании магистра и назначен на руководящие должности (руководитель и конректор) в «верхний латинский класс». Началась служба Поповского на этом поприще, которая продлилась с 9 сентября 1753 года до начала февраля 1755 года. Поповский много занимался литературной деятельностью, создавал стихи, переводил западноевропейскую литературу.

7 сентября 1753 он выступил с любопытным монологом «О несправедливом презрении нравоучительной философии […]», а также представил собственные стихотворения, которые теперь утеряны. Тредиаковский, который получил их для оценки, одобрил речь, однако строго раскритиковал александрийский стих Поповского, скорее всего, из-за пиррихия перед цензорами. В период 1752–1754 г. поэт работал над немецкими сочинения Штелина, которые тот писал к придворным праздникам. Один из переводов поэта был напечатан в «СПб. вед.» (1754 г. 29 ноября. No 95). Многие другие были опубликованы М.И. Сухомлиновым в ломоносовских «Сочинениях» (СПб, 1893 г. 2 том). Штелин называл эти эквилинеарные поповские переводы достаточно удачными.

В 1753 году поэт и переводчик Поповский принял непосредственное участие в полемике на тему сатиры «На петиметра и кокеток» И.П. Елагина. Впоследствии он написал пародийное произведение на елагинскую сатиру «Возражение, или Превращенный петиметр». В ней он защищал Ломоносова и критически отзывался о Сумарокове и Тредиаковском. Ответ на пародию Поповского не заставил себя долго ждать — стихотворное произведение «Куда с копытом конь, туда и рак с клешней...». Исследователи приписывают авторство И.И. Шувалову.

В период с 1753 по 1754 год Поповский работал над переводным трудом «Опыт о человеке» Попа. 23 августа 1753 года Ломоносов послал И.И. Шувалову первую часть поэмы. 28 марта 1754 года он сообщил об отсылке в Академию К.Г. Разумовскому «всех стихов Попиевых». Имеются в виду четыре «письма», которые и составляли поэму. Стремление Поповского работать над «Опытом о человеке», вероятнее всего, было обусловлено указанием Ломоносова, которого привлекали содержавшиеся в произведении просветительские идеи, например обоснование гелиоцентрической системы. Поповский не был силен в английском языке, именно поэтому свой перевод делал на материале переводной работы на французском языке Э. Силуэтта. Когда встал вопрос о публикации перевода, поэт неожиданно столкнулся с затруднениями, которые касались церковной цензуры. Когда 19 августа 1756 года Шувалов подал прошение на печатание «Опыта», духовенство ответил отказом. Шувалов сделал повторный запрос (17 января 1757 года), и архиепископ Зертис-Каменский исправил несколько мест в поэме, которые, по его мнению, вызывали наибольший резонанс.

Когда Синод предложил Поповскому заняться обработкой «синодских стихов», тот вынужден был отказаться. Шувалов в октябре 1757 года написал И.И. Мелиссино, директору университета, о том, что предисловие Поповского для книги Попия следует печатать «с отменою». Но Поповский все равно сохранил в своем предисловии разъяснения на предмет «сумнительных мест». Все время работы над переводом он старался не отходить от источника, именно поэтому, по утверждению поэта, за все «сумнительные места» следует критиковать французского автора. Стихи Амвросия в книге выделили крупным шрифтом, что не могло не вызвать насмешек в литературных кругах. Фонвизин в своем «Чистосердечном признании...» пишет, что духовенство исковеркало множество стихов, а чтобы читатель не подумал, что эти безобразные стихи принадлежат переводчику, нарочно выделил их в тексте. «Опыт о человеке» поступил в продажу в декабре 1757 года (Моск. вед. 12 декабря, No 99), впоследствии книга часто переиздавалась.

25 ноября 1754 года Поповский написал свою знаменитую «Оду на день восшествия [...] Елизаветы Петровны». Текст оды был неоднократно переработан в соответствии с замечаниями и указаниями Теплова. Поэт сам преподнес произведение императрице. С точки зрения идейной и стилистической стороны оно довольно близко поэтическим работам Ломоносова, особенно связь видна на примере «Оды на день восшествия...», написанной Михаилом Васильевичем в 1746 году. В конце 1754 года поэт переводил ряд немецких и латинских стихотворений поэта Штелина. Переводные труды он приурочил к фейерверку 1 января 1755 года. Одно из стихотворений, «Где в свете есть народ, земля, страна и царство...», было напечатано анонимно в «Ежемесячных сочинениях» 1 января 1755 года, а отдельным изданием перевод вышел в «СПб. вед.» 3 января этого же года. Долгое время стихотворение приписывалось Ломоносову.

8 февраля 1755 года Поповский по запросу Шувалова был направлен из Академии наук в учреждаемый Московский университет. Вместе с поэтом в него направили А.А. Барсова и Ф.Я. Яремского. К середине марта Поповский переехал в Москву и стал ректором Университетской гимназии. На торжественном открытии университета 26 апреля 1755 года он выступил с речью, написанной на латинском языке, в преддверии своих лекций по философии. Русский перевод речи с правками Ломоносова и по его же инициативе был опубликован в «Ежемесячных сочинениях» 2 августа 1755 года. Речь давала представление о назначении философской науки, также ставился вопрос о необходимости преподавания дисциплины на родном языке.

26 апреля 1756 года во время торжеств в честь годовщины университета Поповский продекламировал «Торжественное слово на день коронации» и прочел «Оду Елизавете Петровне». В них в духе Ломоносова прославлялись словесные науки, а также развитие русской поэзии.

В мае 1756 года на философском факультете перед лицом всех магистров, учителей и учеников Поповского объявляют профессором красноречия. Поэт читал лекции, используя труд «Риторика» профессора И.А. Эрнести из Лейпцига. Он приводил примеры из латинских и русских авторов, а также из собственных сочинений, и, как выражался С.П. Шевырев, «ни на одном писателе особенно не останавливался, но […] объяснял в них достойное изучения».

Приурочив к дню коронования императрицы Елизаветы, Поповский сочинил речь «О преизяществе красноречия» и торжественную оду «Умолкните теперь, стихии...». Эти тексты до сих пор не найдены. В это же время он написал педагогическую поэму «Письмо о пользе наук и о воспитании в оных юношества», в которой обращался к Шувалову. Она была впервые опубликована в «Живописце» в 1772 году. Поэма представляет собой просветительскую программу воспитания, которая соотносилась с идейными воззрениями Дж. Локка.

В начале 1757 года Поповского включили в число членов Университетской конференции. В марте поэт по назначению конференции выступил на собрании с торжественной речью в честь умершего первого директора А.М. Аргамакова. В июне Поповский произнес речь, приуроченную к началу публичных экзаменов. 1 ноября этого года на торжественном обеде у И.И. Мелиссино, на котором состоялось собрание литераторов при университете, он прочел оду, написанную «по случаю». Текст ее также, к сожалению, не найден.

В 1757 в ломоносовском «Собрании сочинений» Поповский опубликовал «надпись» к его портрету, которая звучит так: «Московский здесь Парнас изобразил витию...». 27 апреля 1758 года к торжественному празднику по случаю коронования Елизаветы Петровны поэт подготовил речь «О преимуществе монархии перед аристократиею и демократиею». Речь была опубликована в «Московских ведомостях» 28 апреля 1758 года. Поповского назначили инспектором гимназии, ввиду того, что тот был «человек, усердия к университету исполненный». В августе 1758 года он продекламировал торжественную речь о сложности роли учащихся (напечатана в «Моск. ВРЧ» 14 августа 1758 года).

Должность инспектора не слишком импонировала поэту, именно поэтому 28 октября он попросил освободить его от службы. Вскоре просьба Поповского была удовлетворена. Через некоторое время осложнились его отношения с несколькими профессорами-иностранцами, в числе которых был Ф.-Г. Дильтеев. Поповский настаивал на преподавании на русском языке. На заседании университетской конференции 17 сентября 1758 года он поднял этот вопрос. В ноябре Поповского увольняют из университета. Тем не менее зимой 1759 года он вместе с Мелиссино уехал в Петербург к Шувалову для сопровождения лучших учеников гимназии. Писатель Фонвизин описал поездку в своей работе «Чистосердечное признание...».

15 февраля 1760 года в «Московских ведомостях» появилась заметка о выходе французского двухтомного труда Локка «О воспитании детей» в переводе Поповского. В своем предисловии к переводному труду Поповский писал о том, что правила Локка можно употреблять практически везде и всегда с большим успехом. Просветительские дидактические идеи поэт намеревался осуществлять в собственной педагогической деятельности. Д. Фонвизин, Н. Новиков, И. Богданович, С. Домашнев и многие другие известные впоследствии писатели были учениками Поповского.

Новиков отзывался о своем наставнике, как о человеке «остром» и «искусном в стихотворстве», которое у него было всегда «чисто и плавно». Новиков сообщил, что за несколько дней до собственной кончины Поповский сжег переводной труд Тита Ливия, переводы «Анакреонтовых од», а также множество стихотворных пьес.

Последними переводами, опубликованными Поповским, были пять од Горация. Работа появилась в издании «Полезное увеселение» 1 февраля 1760 года. Перевод вошел в издание «Горация оды и письмо его о стихотворстве к Пизонам», которое вышло в Петербурге в 1801 году. Ф.Г. Карин в своем «Письме к Николеву о преобразителях российского языка...», датируемом 1778 годом, относил Поповского вместе с Козицким и Феофаном Прокоповичем к славным «речи и языка нашего восстановителям».

Г.Р. Державин создал стихотворную надпись «На Поповского», опубликованную в Петербурге 4 февраля 1779 года. М.Н. Муравьев в работе «Эпистола И.П. Тургеневу», написанной в 1774–1780 годы, выразился о поэте, переводчике и педагоге Поповском как о человеке, который «новый путь открыл на Геликон». Умер Поповский 13 февраля 1760 года.


Николай Поповский
Николай Поповский
[1728 - 13 февраля 1760]
Помогите библиотеке
Помощь библиотеке
Об авторе
Биография
Подписывайтесь

Стихи и поэты.
людям нравится
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Реклама
Годы | Стиль | Автор
Библиотека русской поэзии
Все поэты