Стихи 1920 г.
«Выдвинутые подбородки...»
Стихи 1922 г.
«Между домами старыми...»
Стихи 1925 г.
Норд-ост
Стихи 1928 г.
Скоморох
Стихи 1929 г.
Река Тишина
Стихи 1932 г.
Кружева
Стихи 1933 г.
Эрцинский лес
Стихи 1940 г.
«Замечали - по городу ходит прохожий?..»
Стихи 1945 г.
Лукоморье
Народ-победитель
«От печки я оттер бы Гоголя...»
След
Стихи 1946 г.
Вода
Первый снег
Стихи 1947 г.
Праздник
Стихи 1948 г.
«Что-то новое в мире...»
Стихи 1949 г.
Богатый нищий
«И вскользь мне бросила змея...»
Мороз
Стихи 1950 г.
31 декабря 1950 года
«В древности мыслители бывали...»
Гномы
Ночь
Ночь перед весной
Трусы
Стихи 1951 г.
Вдохновенье
Единая стезя
«Есть страх: не распылиться в прах...»
Красные ворота
Ложь
«Мне кажется, что я воскрес...»
«Мы знаем - время растяжимо...»
На берегу
Томленье
Удача
«Этой песне внимали Стокгольм и Марсель...»
Стихи 1952 г.
«И снова осень...»
«Кто следующий?...»
«Никого, ничего...»
«Ночь. Где-то там...»
«Примерзло яблоко...»
Птицы
Седьмое чувство
«Я опять тебя обидел...»
Стихи 1953 г.
Мир
«Событье свершилось...»
Усталость
«Я помню: целый день...»
Стихи 1954 г.
Воздушные фрегаты
Двадцатые годы
«Закрывались магазины...»
«Звонят в Елоховском соборе...»
Музыкальный ящик
Страусы
«Художник писал свою дочь...»
Стихи 1955 г.
«В отдаленье как во время оно...»
Дедал
Диалектика полета
«Душа беспокоится...»
Земля
«О годовщины, годовщины, былые дни!..»
Терриконы
Эхо
Стихи 1956 г.
«Будьте любезны, будьте железны!..»
Градус тепла
«Есть люди: обо мне забыли...»
Итоги дня
«Как все это случилось, в самом деле?...»
Первородство
«Так велика гора черновиков...»
Стихи 1957 г.
Вас не было еще
Деды и внуки
Корень зла
Ночью
Стихи 1958 г.
Воспоминанья
Короче, короче, короче!..
Костер
Листья
Люди
Сказки Венского леса
«У ночи — мрак...»
Стихи 1959 г.
«Кричит пиявка на весу...»
«Он перед нами...»
Путешественник
Стихи 1960 г.
«Отмечали вы, схоласты...»
Песни
Стихи 1961 г.
Вознесся в космос человек
Олива
Стихи 1963 г.
«Князь сказал неустанному зодчему...»
«Мои товарищи, поэты...»
«Я поднял стихотворную волну...»
Стихи 1964 г.
«Будто впрямь по чью-то душу...»
«Бывают лица мертвенные...»
«В чем убедишь ты стареющих...»
«Какие вам стихи прочесть?...»
«О, если бы писали мы...»
Твист в Крыму
Стихи 1965 г.
Ленин
Стихи 1967 г.
Баллада о композиторе Виссарионе Шебалине
«Бывают такие периоды...»
Быль
Во дни переворота
Встреча с Таном
Вятичи
Дневник Шевченко
Драгоценный камень
Евразийская баллада
Еще не все я понимал глубоко
Затерялся ледоход
Знакомство с Эйнштейном
Имена мастеров
Классики
Лета
Лето
«Не будь увядшим гладиолусом...»
Ноябрь
«О, до чего по-разному одеты...»
«Он залатан, мой косматый парус...»
«Пахнет день машинным отделеньем...»
Пейзаж
Поэзия
Прятки
Птица Сирин
Рифма
Сельская ночь
Тетрадь
Тяга к солнцу
«Устав от дрязг стальных колес...»
Стихи 1970 г.
Ангелы спора
Бык воспоминаний
Вечерняя звезда
Воспоминанье
Капля крови
Книги
Конверт
Мечта
Нить
«Обыкновенное ненастье...»
Подземный водолаз
«Поэзия отчаянно сложна...»
Слова
Строптивость
Судьба
Часы и весы
Стихи 1971 г.
«Лесной массив красив...»
«Со смерти все и начинается...»
Стихи 1972 г.
«Дождь подкрался неожиданно...»
Стихи 1974 г.
Баллада о Николае Рерихе
Душа
Историк
Мир рифм
«Одни стихи приходят за другими...»
Радужность
Узел бурь
Я не говорю про цветы

Леонид Мартынов

Мартынов Леонид Николаевич (9 (22) мая 1905, г. Омск — 21 июня 1980, г. Москва) — знаменитый русский поэт.

Леонид Николаевич родился в городе Омске в семье техника железнодорожных путей. Все свое детство он провел в постоянных переездах, увидел много провинциальных городов из окна служебного вагона отца. Поэтический склад ума у маленького Леонида обозначился очень рано. Он впоследствии писал, что поначалу поэзия казалось недостижимой мечтой, сказкой, которая вряд ли могла стать действительностью Мартынова в будущем.

Края, в которых проживал Мартынов в детстве, представляли собой места убогих поселений, «тонущих то в снегах, то в грязи». Будущий поэт смотрел на суровый край своего детства, вспоминая о столичных красотах, о которых писалось в книгах. Матерью поэта была Мария Григорьевна Збарская, дочь военного инженера.

Поступив в гимназию, Мартынов проявил неординарные способности в области изучения древних и современных иностранных языков, географии, истории. В 1921 году он, не успев закончить пятый класс средней школы, занялся литературной деятельностью. Дебютом Мартынова называют публикацию стихотворений в издании «Искусство». Журнал выпускался при Художественно-промышленном институте им. Врубеля. Также в 1921 году поэт отослал свои работы в газеты «Гудок», «Сигнал», Рабочий путь» в Омске. В своей автобиографии Мартынов вспоминал, что первые его литературные попытки были жестко раскритикованы польским литературным исследователем за антипоэтичность стихотворений.

Наиболее ранним литературным опытом Мартынова стало сотрудничество в сборнике «Футуристы». Издавали его в типографии агитпарохода «3 Интернационал». Свою привязанность футуристской традиции поэт впоследствии подтвердил вступлением в литературную группировку «Червонная тройка». В ней Мартынов состоял с 1921 по 1922 год. В организацию помимо поэта входили также Шебалин, Уфимцев, Мамонтов. В 1921 году Мамонтов уговорил Мартынова поступать вместе в ВХУТЕМАС. Но вскоре поэты вернулись в родной Омск.

Литературная карьера Мартынова переживала подъем. Он сотрудничал в качестве корреспондента в газетах «Сибирский гудок» и «Омский всадник», а также находился в штате журналистов «Сибири» и «Сибирских огней». Должность в изданиях предполагала частые разъезды. Мартынов объездил множество городов Сибири. Некоторое время он работал экспедиции Уводстроя в Балахаше. На Алтае Мартынов собирал лекарственные растения, по многим селам разносил литературные издания, летал на самолете с агитационной миссией над степью Барабинска. Его живо интересовала древность и манили старинные находки. Вместе с группой экспедиторов Мартынов искал в степи останки мамонтов. Впоследствии все впечатления от путешествий поэт выразил в сборнике «Грубый корм», который появился в печати в 1930 году.

Как человек поэт относился к суеверным, странным людям. Современники описывали Мартынова, как знатока множества примет и народных суеверий. Воображение его и искусство красноречия были развиты настолько, что даже несуеверный человек, послушав Мартынова, безоговорочно ему верил.

В 1932 году в жизни Мартынова произошло трагическое событие: его аристовали по «сибирскому» делу. Вместе с поэтом под арест отправили Анова, Васильева, Черноморцева, Маркова и Забелина. Власти мотивировали участием арестованных в антисоветской деятельности. Благодаря ходатайству Гронского, вскоре выпустили Васильева. Мартынов вместе с остальными заключенными отправился в ссылку.

На севере поэту было суждено прожить долгие годы. Мартынов жил в Вологде и Архангельске. В первом городе своей ссылки он встретил будущую жену, которая в то время работала в должности секретаря-машинистки в издании «Красный север». С Ниной Анатольевной в 1935 году Мартынов вернулся в Омск. В комнате, которая была переоборудована из передней, поэт с женой прожили некоторое время в этом городе. Именно здесь он написал шедевры из своего литературного творчества: «Встречу», «Сестру», «Волшебные сады», «Рассказ про материнство», «Правдивую историю об Увенькае», «Исповедь Елтона, «Тобольского летописца», «Волшебные сады», «Искателя рая», «Домотканую Венеру», «Сказку про атамана Василия Тюменца…», «Поэзию как волшебство», «Рассказ о русском инженере».

Через четыре года после конца ссылки Мартынов выпустил свою книгу «Стихи и поэмы» в 1939 году. Она вышла в Омске, так и не снискав большую славу для поэта. До этого в 1936 году в печати появилась публикация «Увенькая» Мартынова в «Сибирских огнях». Здесь же напечатали также и «Тобольского летописца». Изданием заведовал Итин Вивиан. Именно этот человек, как пишет Мартынов в своей автобиографии, сыграл в его жизни серьезную роль. Двух людей объединяли не только творческие, но и политические интересы. В 1940 году, за год до начала войны, Мартынов издал еще два сборника, которые получили общее название «Поэмы». В этом году в Москве и Омске появились очерки по истории Омского края «Крепость на Оми».

В первые же годы войны появляется еще несколько работ его в «Окнах ТАСС». В это же время мир увидели книги «За Родину!» в 1941 году и «Мы придем» в 1942 году. Благодаря ходатайству Калиниченко, Мартынов был зачислен в ряды литераторов Союза писателей. Симонов, в свою очередь, предлагал ему свое место в издании «Красная звезда», где работал фронтовым корреспондентом.

В 1943 году поэта призвали в армию. До этого ему пришлось пройти обучение во Всеобуче. Мартынов стал курсантом в Омском пехотном училище им. Фрунзе. Вместе с привычными военными обязанностями он должен был также готовить материалы по истории училища. Прошлое пехотного военного заведения Мартынов знал очень хорошо. В этом неплохо помогали его познания об истории кадетского корпуса, в который входило Омское пехотное училище. Здесь, кроме поэта, училось также много выдающихся людей: Потанин Григорий, Ярдинцев Николай, Куйбышев Валериан, Карбышев Дмитрий, Валихонов Чокан и другие. Когда поэту в прошлом доводилось изучать историю кадетского корпуса, заведение еще считалось «царским», впоследствии он начал изучать исторические данные уже Советского училища. Он много печатался в периодике, посвящал статьи и очерки истории училища. Спустя некоторое время по состоянию здоровья Мартынов был освобожден от военной повинности и оставался в училищ в качестве штатного литератора.

В конце войны в печати появилась книга Мартынова «Лукоморье». Она вышла в Москве. Через год издали «Эрцинский лес». В это время председателем Союза писателей был назначен Тихонов, поэтому «зарезанный» Фадеевым сборник «Лукоморье» и удалось опубликовать. Тем не менее, все внимание критики было приковано ко второй публикации. В августе 1946 года появилось Постановление ЦК ВКП(б) об изданиях «Звезда» и «Ленинград». Исследователи связывают разгромные публикации критиков на «Эрцинский лес» Мартынова с данным фактом. Вышла статья В. Инбер, которая получила название «Нам с вами не по пути, Мартынов!». В ней она обвиняла поэт в том, что неприятие современного строя в его стихах превращается в неприкрытую злобу, которая отразилась в словах Мартынова о человеке из СССР. Негативные отзывы появлялись и в столичных изданиях, и в омских. Власти приняли решение уничтожить тираж сборника. Поэта, в свою очередь, печатать запретили.

Существование в Омске для Мартынова стало невыносимым. Его имя перестало возникать на страницах газет, а личность поэта в глазах читателей стала одиозной. Политическая непогода стала причиной переезда Мартынова в Москву в феврале 1946 года. Здесь, как полагал поэт, было больше изданий, чем в Омске. Он рассчитывал на какую-нибудь работу в одном из них. Тем не менее, писать впоследствии Мартынову пришлось только для себя и своих близких друзей. Литературные труды его не принимались в столичных газетах. Именно поэтому долгое время поэт будет заниматься только переводческой деятельностью.

В старом доме в Сокольниках у Мартыновых в то время часто гостил поэт Гидаш Антал. Именно он решился предложить поэту перевести для однотомника, готовящегося к печати, поэтические работы венгерского поэта-классика Петефи. За счет огромной многолетней работы Мартынова появились в печати на русском языке лирические и лиро-эпические творения Максимович Десанки, Мицкевича Адама, Тувима Юлиана, Волькера Иржи, Незвала Витезслава, Квазимодо Сальваторе, Неруды Пабло, Рембо Артюра. Лучше всего у Мартынова получался перевод венгерской поэзии. Его трудами были переведены Петефи, Ади, Атилл, Гидаш, Ийеш. Впоследствии венгерское правительство жаловало поэту награду за плодотворную переводческую деятельность - орден Золотой Звезды 1-ой степени и орден Серебряной Звезды в 1949 и 1967 году. 


Отмечают своеобразие переводов Мартынова. Исследователи пишут, что он был одновременно и скрупулезен в отношении соответствия источнику, и не боялся импровизировать. Из английских авторов Мартынов переводил Теннисона, Дибдина, из чешских больше всего любил переводить Неруду Яна, из чилийских – Неруду Пабло, из литовских – Межелайтиса, из польских – Тувима, Мицкевича, Кохановского, Важика, Словацкого, Галчинского, Пшибося, из югославских – Крлежа, Жупанчича. От болгарского правительства Мартынов получил орден «Кирилла и Мефодия» 1-ой степени.

В 1954 году увидела свет статья Сельвинского «Наболевший вопрос». Она была опубликована в сборнике «Разговор перед съездом». В ней автор отзывался о поэте Мартынове очень лестно. Сельвинский писал, что поэту было суждено познать «тайну скрипичного волшебства». После данной рецензии началось возвращение поэта в ряды известных литераторов современности.

В 1955 году Мартынов отпраздновал свое пятидесятилетие. Начинающие поэты устроили для него вечер в Доме литераторов. На нем они декламировали стихи Мартынова. Поэты отзывались о Леониде Николаевиче, как о своем наставнике. На вечере также выступали обыкновенные железнодорожники, которые говорили, как поэт Мартынов помог им понять и полюбить современную советскую поэзию. В этом же году появился в печати сборник стихов Мартынова под названием «Стихи». Он стал необыкновенно популярным. В прошествии недолгого времени поэт получил громкую знаменитость, а его «Стихи» стали редким изданием. Кан настоящий «бестселлер послевоенных лет», эта книга впоследствии стала неоднократно переиздаваться, в частности в 1957 году. Мартынов стал постоянно появляться в печати, и Ахматова с неудовольствием укорила в этом поэта. В это время Мартынова называли «тихим классиком». Он вел закрытый образ жизни и продолжал заниматься творчеством.

Он писал повествовательные и описательные стихотворения, но преобладали у него те, в которых толчком для философского анализа служило конкретное происшествие. Богатство образного языка поэта отразило и нынешнюю цивилизацию, и природу. Звукового влияния на сознание читателя он достигает при помощи выстраивания словесных рядов и аллитераций.

В 1958 году на одном из московских собраний, посвященном творчеству Пастернака, вспомнили и о Леониде Николаевиче. Поэта, который пребывал в зале, попросили выразить в словах мнение итальянцев о Пастернаке. Мартынов как раз вернулся из заграничного путешествия по Италии. Он был далек от Пастернака и, как свидетельствуют некоторые источники, открыто выражал свою нелюбовь к поэту. Именно поэтому о Пастернаке Мартынов сказал всего лишь несколько сухих слов, выразив недовольство за непонятный ажиотаж вокруг фигуры поэта.

В период с 1960 по 1970 год Мартынов работал над мемуарами. В задумке поэта была назвать мемуарную прозу «Стоглавом». При издании была нарушена последовательность глав произведения. Этого требовала цензура, которая не разрешала выпускать все главы одновременно. В 1974 году Мартынов издал книгу автобиографических новелл под названием «Воздушные фрегаты». Ее называли «энциклопедией» судеб художников из Омска 20-х – 40-х годов. В 1982 году, после смерти Мартынова, была напечатана книга новелл «Черты сходства». Издания появилось в Москве, в «Современнике». В 2008 году «Стоглав» был напечатан в первоначальном варианте в столице.

В 1966 году сборник стихов Мартынова «Первородство» получил Государственную премию, в 1974 году поэтический сборник «Гиперболы» был удостоен Государственной премии СССР. 20 августа 1979 года скончалась жена Леонида Николаевича. После кончины жены, как свидетельствует Л. Лавлинский, в поэте что-то надломилось и стало разрушаться, причем не только в характере, но и в литературном творчестве. При тяжелобольном поэте неотлучно находилась Галина Алексеевна Сухова, лечащий врач всего семейства. Через год после смерти Нины Алексеевны 21 июня 1980 года умер и сам поэт.


Леонид Мартынов
Леонид Мартынов
[9 мая 1905 - 27 июня 1980]
Помогите библиотеке
Помощь библиотеке
Об авторе
Биография
Леонид Мартынов
Леонид Николаевич Мартынов
О Мартынове
Сыпучее песка людские имена
Подписывайтесь

Стихи и поэты.
людям нравится
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Реклама
Годы | Стиль | Автор
Библиотека русской поэзии
Все поэты