Стихи
Дортуар весной
Стихи 1906 г.
«He смейтесь вы над юным поколеньем!..»
Маме
Отрывок
Стихи 1908 г.
В зале
В Кремле
Второе путешествие
Даме с камелиями
Жертвам школьных сумерок
Лесное царство
Летом
«Месяц высокий над городом лег...»
Мирок
Первое путешествие
«Проснулась улица. Глядит, усталая...»
Самоубийство
Сереже
У гробика
Эпитафия
Стихи 1909 г.
Die stille Strasse
Акварель
Асе
Баловство
В Ouchy
В Люксембургском саду
В Париже
В сумерках
В чужой лагерь
В Шенбрунне
Вокзальный силуэт
Встреча
Втроем
Дама в голубом
Инцидент за супом
Как мы читали «Lichtenstein»
«Как простор наших горестных нив...»
Камерата
Книги в красном переплете
Лучший союз
Людовик XVII
Маленький паж
Мама за книгой
Молитва
На скалах
Наши царства
Нине
Новолунье
Отъезд
Памяти Нины Джаваха
Пленница
Пробужденье
Расставание
Сара в Версальском монастыре
Сестры
Сказочный Шварцвальд
Утомленье
Шарманка весной
Шуточное стихотворение
Эльфочка в зале
Эпитафия
Стихи 1910 г.
Perpetuum mobile
Ricordo di Tivoli
Rouge et bleue
Анжелика
Баярд
«Безнадежно-взрослый Вы? О, нет!..»
Бывшему чародею
В зеркале книги М. Д.-В.
В классе
В раю
В субботу
«Ваши белые могилки рядом...»
Волей луны
Волшебник
Встреча
Гимназистка
Два в квадрате
Два исхода
Девочка-смерть
Декабрьская сказка
Детская
Дикая воля
Добрый колдун
Добрый путь!
Ее слова
Еще молитва
Жар-птица
Живая цепочка
За книгами
Зеленое ожерелье
Зимняя сказка
Зимой
«И как прежде оне улыбались...»
«И уж опять они в полуистоме...»
Из сказки в жизнь
Исповедь
Итог дня
Картинка с конфеты
Каток растаял
Колыбельная песня Асе
Кроме любви
«Курлык»
Луч серебристый
Мальчик с розой
Мальчик-бред
Мама в саду
Мама на даче
Мама на лугу
Маме
Молитва в столовой
Молитва лодки
Мукa и мyка
«Мы с тобою лишь два отголоска...»
Мятежники
На бульваре
На заре
На концерте
На прощанье
«На солнце, на ветер, на вольный простор...»
Надпись в альбом
Наша зала
«Наши души, не правда ль, еще не привыкли к разлуке?..»
Не в нашей власти
«Не гони мою память! Лазурны края...»
Невестам мудрецов
Недоумение
Неравные братья
Ни здесь, ни там
Оба луча
Обреченная
«Он был синеглазый и рыжий...»
Они и мы
Осужденные
От четырех до семи
Очаг мудреца
Ошибка
Памятью сердца
Пасха в апреле
Первая роза
Письмо на розовой бумаге
Плохое оправданье
«По тебе тоскует наша зала...»
Победа
Под дождем
Под Новый год
Подрастающей
Поклонник Байрона
После праздника
Последняя встреча
Потомок шведских королей
Правда
Предсказанье
Привет из башни
Привет из вагона
Призрак царевны
Принц и лебеди
«Прости» Нине
Путь креста
Разные дети
Распятие
Резеда и роза
Связь через сны
Сердца и души
Сказки Соловьева
Скучные игры
Следующему
Совет
Столовая
Стук в дверь
Счастье
Так будет
«Так»
Три поцелуя
Тройственный союз
У кроватки
Угольки
Чародею
Эпилог
Эстеты
Юнге
Стихи 1911 г.
Aeternum vale
Бабушкин внучек
Барабан
Белоснежка
Болезнь
Бонапартисты
В пятнадцать лет
В сквере
В сонном царстве
В.Я. Брюсову
Венера
Весна в вагоне
Вождям
Волшебство
Герцог Рейхштадтский
Декабрь и январь
Детский день
Детский юг
До первой звезды
Домики старой Москвы
Душа и имя
Жажда
Зима
Из сказки - в сказку
Июль - апрелю
Конец сказки
Контрабандисты и бандиты
Конькобежцы
Кошки
Литературным прокурорам
Молитва морю
На возу
На вокзале
На радость
Неразлучной в дорогу
Облачко
Ока
Осень в Тарусе
Паром
Первый бал
Полночь
После гостей
После чтения «Les rencontres de M. de Breot» Regner
Приезд
«Прости» волшебному дому
Рождественская дама
Розовая юность
Розовый домик
Слезы
Старуха
Тверская
Только девочка
Стихи 1912 г.
В.Я. Брюсову
«Он приблизился, крылатый...»
Стихи 1913 г.
Аля
Асе
Байрону
«Быть нежной, бешеной и шумной...»
«В тяжелой мантии торжественных обрядов...»
«Взгляните внимательно и если возможно - нежнее...»
Восклицательный знак
Встреча с Пушкиным
«Вы родились певцом и пажем...»
«Вы, идущие мимо меня...»
Генералам двенадцатого года
«Идешь, на меня похожий...»
«Идите же! - Мой голос нем...»
«Макс Волошин первый был...»
«Мальчиком, бегущим резво...»
«Моим стихам, написанным так рано...»
«Посвящаю эти строки...»
Сергею Эфрон-Дурново
«Сердце, пламени капризней...»
«Солнцем жилки налиты - не кровью...»
«Ты, чьи сны еще непробудны...»
«Уж сколько их упало в эту бездну...»
«Я сейчас лежу ничком...»
Стихи 1914 г.
Але
Бабушке
«В огромном липовом саду...»
В ответ на стихотворение
Германии
«Над Феодосией угас...»
«Не думаю, не жалуюсь, не спорю...»
«Радость всех невинных глаз...»
С. Э.
«Собаки спущены с цепи...»
«Уж часы - который час?..»
«Я видела Вас три раза...»
Стихи 1915 г.
Анне Ахматовой
Асе
«Безумье - и благоразумье...»
«Бессрочно кораблю не плыть...»
«Быть в аду нам, сестры пылкие...»
«В гибельном фолианте...»
«В тумане, синее ладана...»
«Все Георгии на стройном мундире...»
«Голоса с их игрой сулящей...»
«Даны мне были и голос любый...»
«Два солнца стынут - о Господи, пощади!..»
«День угасший...»
«Заповедей не блюла, не ходила к причастью...»
«И всe вы идете в сестры...»
«Как жгучая, отточенная лесть...»
«Какой-нибудь предок мой был - скрипач...»
«Легкомыслие! - Милый грех...»
«Лежат они, написанные наспех...»
«Лорд Байрон! - Вы меня забыли!..»
«Мне нравится, что Вы больны не мной...»
«Мне полюбить Вас не довелось...»
П. Э.
Подруга
«Полнолунье и мех медвежий...»
«С большою нежностью - потому...»
«Спят трещотки и псы соседовы...»
«Цветок к груди приколот...»
«Цыганская страсть разлуки!..»
«Что видят они? - Пальто...»
«Я знаю правду! Все прежние правды-прочь!..»
Стихи 1916 г.
Ахматовой
«Белое солнце и низкие, низкие тучи...»
«Бог согнулся от заботы...»
«Братья, один нам путь прямохожий...»
«В день Благовещенья...»
«В оны дни ты мне была, как мать...»
«Вдруг вошла...»
«Веселись, душа, пей и ешь!..»
«Всюду бегут дороги...»
«Гибель от женщины. Вот знак...»
«Говорила мне бабка лютая...»
«Голуби реют серебряные...»
«Да с этой львиною...»
Даниил
«Димитрий! Марина! В мире...»
Евреям
«Еще и еще песни...»
«За девками доглядывать, не скис...»
«И взглянул, как в первые раза...»
«И другу на руку легло...»
«И не плача зря...»
«И поплыл себе - Моисей в корзине!..»
«Искательница приключений...»
«К озеру вышла. Крут берег...»
«Кабы нас с тобой да судьба свела...»
«Каждый день все кажется мне: суббота!..»
«Канун Благовещенья...»
«Коли милым назову - не соскучишься!..»
«Люди на душу мою льстятся...»
«Много тобой пройдено...»
«На завитки ресниц...»
«На крыльцо выхожу - слушаю...»
«Не ветром ветреным - до - осени...»
«Не моя печаль, не моя забота...»
«Не сегодня - завтра растает снег...»
«Никто ничего не отнял!..»
«Откуда такая нежность?..»
«Отмыкала ларец железный...»
«По дорогам, от мороза звонким...»
«По ночам все комнаты черны...»
«Погоди, дружок!..»
«Посадила яблоньку...»
«Приключилась с ним странная хворь...»
«Продаю! Продаю! Продаю!..»
«Разлетелось в серебряные дребезги...»
«Рок приходит не с грохотом и громом...»
«Словно ветер над нивой, словно...»
«Собирая любимых в путь...»
«Соперница, а я к тебе приду...»
Стихи о Москве
«Счастие или грусть...»
«Так, от века здесь, на земле, до века...»
«То-то в зеркальце - чуть брезжит...»
«Ты запрокидываешь голову...»
«Ты, мерящий меня по дням...»
«Устилают - мои - сени...»
«Целую червонные листья и сонные рты...»
«Через снега, снега...»
«Четвертый год...»
«Чтоб дойти до уст и ложа...»
«Я бы хотела жить с Вами...»
«Я ли красному как жар киоту...»
«Я пришла к тебе черной полночью...»
«Я тебя отвоюю у всех земель, у всех небес...»
Стихи 1917 г.
Boheme
«А всe же спорить и петь устанет...»
«А пока твои глаза...»
«А царит над нашей стороной...»
«Август - астры...»
«Аймек-гуарузим - долина роз...»
Але
«Без Бога, без хлеба, без крова...»
«Бел, как мука, которую мелет...»
«Бороды - цвета кофейной гущи...»
«В лоб целовать - заботу стереть...»
«Ввечеру выходят семьи...»
«Во имя Отца и Сына и Святого Духа...»
Гаданье
«Голубые, как небо, воды...»
«Горечь! Горечь! Вечный привкус...»
«День идет...»
Дон-Жуан
«За Отрока - за Голубя - за Сына...»
«Запах, запах...»
«И в заточеньи зимних комнат...»
«И вот, навьючив на верблюжий горб...»
«И зажег, голубчик, спичку...»
«И Кто-то, упав на карту...»
«И сказал Господь...»
«Из Польши своей спесивой...»
«Из строгого, стройного храма...»
Иоанн
Иосиф
«Кавалер де Гриэ! - Напрасно...»
«Как рука с твоей рукой...»
Кармен
Князь Тьмы
Корнилов
Любви старинные туманы
«Милые спутники, делившие с нами ночлег!..»
«Мировое началось во мгле кочевье...»
«Мне ль, которой ничего не надо...»
«Мое последнее величье...»
«Молодую рощу шумную...»
«Над церковкой - голубые облака...»
«Нет! Еще любовный голод...»
«Новый год я встретила одна...»
«Ночь. - Норд-Ост. - Рев солдат. - Рев волн...»
«Ну вот и окончена метка...»
Петров конь роняет подкову
«Плохо сильным и богатым...»
«Поздний свет тебя тревожит?..»
«Расцветает сад, отцветает сад...»
Руан
«С головою на блещущем блюде...»
«Собрались, льстецы и щеголи...»
Стенька Разин
«Так и буду лежать, лежать...»
«Так, одним из легких вечеров...»
«Только в очи мы взглянули - без остатка...»
«Только закрою горячие веки...»
«Тот - щеголем наполовину мертвым...»
«У камина, у камина...»
«Уж и лед сошел, и сады в цвету...»
Царю - на Пасху
Цыганская свадьба
«Что же! Коли кинут жребий...»
«Чуть светает...»
Юнкерам, убитым в Нижнем
«Я помню первый день, младенческое зверство...»
Стихи 1918 г.
«Beau tenebreux! - Вам грустно. - Вы больны...»
«Co мной не надо говорить...»
«He по нраву я тебе - и тебе...»
«He смущаю, не пою...»
«А взойдешь - на краешке стола...»
«А всему предпочла...»
«А потом поили медом...»
Але
Але
Андрей Шенье
Барабанщик
«Безупречен и горд...»
«Белизна - угроза Черноте...»
«Белогвардейцы! Гордиев узел...»
«Белье на речке полощу...»
«Благодарю, о Господь...»
«Благословляю ежедневный труд...»
«Бог - прав...»
Братья
«Бури-вьюги, вихри - ветры вас взлелеяли...»
«Был мне подан с высоких небес...»
«В черном небе слова начертаны...»
«Ветер звонок, ветер нищ...»
«Где лебеди? - А лебеди ушли...»
Гению
«Героизму пристало стынуть...»
Глаза
«Два цветка ко мне на грудь...»
«Дело Царского Сына...»
«День - плащ широкошумный...»
«Доблесть и девственность! - Сей союз...»
Дон
«Дороги - хлебушек и мука!..»
«Дочери катят серсо...»
«Если душа родилась крылатой...»
«Есть колосья тучные, есть колосья тощие...»
«Закинув голову и опустив глаза...»
«Заклинаю тебя от злата...»
«Змея оправдана звездой...»
«Идет по луговинам лития...»
«Каждый стих - дитя любви...»
«Как много красавиц, а ты - один...»
«Как правая и левая рука...»
«Клонится, клонится лоб тяжелый...»
Колдунья
«Коли в землю солдаты всадили - штык...»
«Колыбель, овеянная красным!..»
«Красный бант в волосах!..»
«Кровных коней запрягайте в дровни!..»
«Кружка, хлеба краюшка...»
«Кто дома не строил...»
«Любовь! Любовь! Куда ушла ты?..»
«Марина! Спасибо за мир!..»
«Мать из хаты за водой...»
«Мир окончится потопом...»
«Мое убежище от диких орд...»
«Мой день беспутен и нелеп...»
«Молодой колоколенкой...»
«Московский герб: герой пронзает гада...»
«Мракобесие. - Смерч. - Содом...»
«На кортике своем: Марина...»
«На плече моем на правом...»
«На тебе, ласковый мой, лохмотья...»
«Наградил меня Господь...»
«Над черною пучиной водною...»
«Надобно смело признаться. Лира!..»
«Не самозванка - я пришла домой...»
«Нет, с тобой, дружочек чудный...»
«Новый Год. Ворох роз...»
«Ночи без любимого - и ночи...»
«Ночь - преступница и монашка...»
«О, самозванцев жалкие усилья!..»
«Орел и архангел! Господень гром!..»
«Осень. Деревья в аллее - как воины...»
«Осторожный троекратный стук...»
«Отнимите жемчуг - останутся слезы...»
«Офицер гуляет с саблей...»
Памяти Беранже
«Память о Вас - легким дымком...»
«Пахнет ладаном воздух. Дождь был и прошел...»
«Песня поется, как милый любится...»
Плащ
«Плоти - плоть, духу - дух...»
«Под рокот гражданских бурь...»
«Пожирающий огонь - мой конь!..»
«Полюбил богатый - бедную...»
«Поступь легкая моя...»
«Поступью сановнически - гордой...»
«Простите меня, мои горы!..»
«Проще и проще...»
«Пусть не помнят юные...»
«Радость - что сахар...»
«Развела тебе в стакане...»
«Руки, которые не нужны...»
«Рыцарь ангелоподобный...»
«С вербочкою светлошерстой...»
«Свинцовый полдень деревенский...»
«Семь мечей пронзали сердце...»
«Серафим - на орла! Вот бой!..»
«Сладко вдвоем - на одном коне...»
«Слезы, слезы - живая вода!..»
«Соловьиное горло - всему взамен!..»
«Стихи растут, как звезды и как розы...»
«Страстный стон, смертный стон...»
«Так, высоко запрокинув лоб...»
«Там, где мед - там и жало...»
«Трудно и чудно - верность до гроба!..»
«Ты дал нам мужества...»
«Ты мне чужой и не чужой...»
«Ты персияночка - луна, а месяц - турок...»
«Ты тогда дышал и бредил Кантом...»
«Уедешь в дальние края...»
«Умирая, не скажу: была...»
«Утро. Надо чистить чаши...»
«Ходит сон с своим серпом...»
«Хочешь знать мое богачество?..»
«Царь и Бог! Простите малым...»
«Что другим не нужно - несите мне...»
«Чтобы помнил не часочек, не годок...»
«Это просто, как кровь и пот...»
«Юношам - жарко...»
«Я - есмь. Ты - будешь. Между нами - бездна...»
«Я - страница твоему перу...»
«Я берег покидал туманный Альбиона...»
«Я Вас люблю всю жизнь и каждый день...»
«Я расскажу тебе - про великий обман...»
«Я сказала, а другой услышал...»
«Я счастлива жить образцово и просто...»
Стихи 1919 г.
«А была я когда-то цветами увенчана...»
«А плакала я уже бабьей...»
«А человек идет за плугом...»
Але
Але
Але
Бабушка
Бальмонту
«Бог! - Я живу! - Бог! - Значит ты не умер!..»
«В синем небе - розан пламенный...»
«В темных вагонах...»
«Высоко мое оконце!..»
«Два дерева хотят друг к другу...»
«Дорожкою простонародною...»
Комедьянт
«Консуэла! - Утешенье!..»
«Маска - музыка... А третье...»
«Между воскресеньем и субботой...»
«О души бессмертный дар!..»
«О нет, не узнает никто из вас...»
П. Антокольскому
Памяти А.А. Стаховича
«Поскорее бы с тобою разделаться...»
Посылка к маленькой Сигарере
«Поцеловала в голову...»
«Простите Любви - она нищая!..»
С. Э.
«Сам посуди: так топором рубила...»
Стихи к Сонечке
Тебе - через сто лет
«Ты думаешь: очередной обман!..»
«Уходящее лето, раздвинув лазоревый полог...»
«Чердачный дворец мой, дворцовый чердак!..»
«Я не хочу ни есть, ни пить, ни жить...»
Стихи 1920 г.
«...коль делать нечего!..»
Ex-ci-devant
«А следующий раз - глухонемая...»
Баллада о проходимке
«Бог, внемли рабе послушной!..»
«Буду выспрашивать воды широкого Дона...»
«Буду жалеть, умирая, цыганские песни...»
«Был Вечный Жид за то наказан...»
«В подвалах - красные окошки...»
«Ветер, ветер, выметающий...»
Взятие Крыма
Волк
«Все братья в жалости моей!..»
«Все сызнова: опять рукою робкой...»
Вячеславу Иванову
«Где слезиночки роняла...»
«Две руки, легко опущенные...»
«Дитя разгула и разлуки...»
«Доброй ночи чужестранцу в новой келье!..»
«Дом, в который не стучатся...»
«Другие - с очами и с личиком светлым...»
Евреям
«Есть в стане моем - офицерская прямость...»
«Есть подвиги. - По селам стих...»
«Заря пылала, догорая...»
«Звезда над люлькой - и звезда над гробом!..»
Земное имя
«Знаю, умру на заре! На которой из двух...»
«И вот исчез, в черную ночь исчез...»
«И если руку я даю...»
«Июнь. Июль. Часть соловьиной дрожи...»
«Короткие крылья волос я помню...»
«Люблю ли вас?..»
«Любовь! Любовь! И в судорогах, и в гробе...»
«Малиновый и бирюзовый...»
Н. Н. В.
«На царевича похож он...»
«Не называй меня никому...»
«Не хочу ни любви, ни почестей...»
«О, скромный мой кров! Нищий дым!..»
«Об ушедших - отошедших...»
«Одна половинка окна растворилась...»
«Она подкрадeтся неслышно...»
«От семи и до семи...»
Отрывок
«Ох, грибок ты мой, грибочек, белый груздь!..»
Памяти Г. Гейне
Песенки из пьесы «Ученик»
Петру
«Пожалей...»
«Править тройкой и гитарой...»
«Проста моя осанка...»
«Прощай! - Как плещет через край...»
Психея
«Руки заживо скрещены...»
«Руку на сердце положа...»
С. Э.
С. Э.
«Сколько у тебя дружочков?..»
«Смерть - это нет...»
Старинное благоговенье
«Та ж молодость, и те же дыры...»
«Так, левою рукой упершись в талью...»
«Тень достигла половины дома...»
«Ты разбойнику и вору...»
«У первой бабки - четыре сына...»
«Уравнены: как да и нет...»
«Целовалась с нищим, с вором, с горбачом...»
Четверостишия
Чужому
«Я вижу тебя черноокой, - разлука!..»
«Я знаю эту бархатную бренность...»
«Я страшно нищ, Вы так бедны...»
«Я эту книгу поручаю ветру...»
Стихи 1921 г.
«He в споре, а в мире...»
«He для льстивых этих риз, лживых ряс...»
«Oт гнева в ои, мечты во лбу...»
Ахматовой
«Без самовластия...»
Бессонница
Благая весть
«Благоухала целую ночь...»
«В сновидящий час мой бессонный, совиный...»
«Веками, веками...»
Вестнику
Вифлеем
Возвращение вождя
Георгий
«Гордость и робость - родные сестры...»
«Грудь женская! Души застывший вздох...»
«Два зарева! - нет, зеркала!..»
«Душа, не знающая меры...»
«Как настигаемый олень...»
«Как начнут меня колеса...»
«Как по тем донским боям...»
«Как разгораются - каким валежником!..»
Кн. С. М. Волконскому
«Косматая звезда...»
«Ломающимся голосом...»
Марина
Маяковскому
Молодость
Муза
«На што мне облака и степи...»
«Над синеморскою лоханью...»
«Нам вместе было тридцать шесть...»
«Необычайная она! Сверх сил!..»
«О первое солнце над первым лбом!..»
Отрок
Подруга
«Прямо в эфир...»
Разлука
Роландов Рог
«С такою силой в подбородок руку...»
«Семеро, семеро...»
«Соревнования короста...»
«Справа, справа - баран круторогий!..»
Стихи к Блоку
«Так говорю, ибо дарован взгляд...»
«Так плыли: голова и лира...»
Ученик
Хвала Афродите
Стихи 1922 г.
«He приземист - высокоросл...»
«А и простор у нас татарским стрелам!..»
«А любовь? Для подпаска...»
Балкон
«Без повороту и без возврату...»
Берлину
Бог
«Божественно и безоглядно...»
«В пустынной храмине...»
«В сиром воздухе загробном...»
«Верстами - врозь - разлетаются брови...»
«Вкрадчивостию волос...»
«Дабы ты меня не видел...»
«До убедительности, до...»
Дочь Иаира
«Думалось: будут легки...»
«Есть час на те слова...»
Заводские
«Завораживающая! Крест...»
«Здравствуй! Не стрела, не камень...»
Земные приметы
«Знакомец! Отколева в наши страны?..»
«Золото моих волос...»
«И скажешь ты...»
«Ищи себе доверчивых подруг...»
«Каменногрудый...»
«Когда же, Господин...»
«Леты подводный свет...»
«Леты слепотекущий всхлип...»
«Листья ли с древа рушатся...»
«Лютая юдоль...»
Москве
«На заре - наимедленнейшая кровь...»
«На пушок девичий, нежный...»
«Не похорошела за годы разлуки!..»
«Не ревновать и не клясть...»
«Некоторым - не закон...»
«Неподражаемо лжет жизнь...»
«Но тесна вдвоем...»
Новогодняя
Новогодняя
«Ночного гостя не застанешь...»
«Ночные шепота: шелка...»
«Переселенцами...»
Площадь
«По Безымянной...»
«По загарам - топор и плуг...»
«По нагориям...»
«По-небывалому...»
«Помни закон...»
Посмертный марш
Рассвет на рельсах
«Руки - И в круг...»
«Светло-серебряная цвель...»
«Слезы - на лисе моей облезлой!..»
«Сомкнутым строем...»
«Спаси Господи, дым!..»
Сугробы
«Так, заживо раздав...»
«Удостоверишься - повремени!..»
Ханский полон
Хвала богатым
«Это пеплы сокровищ...»
Стихи 1923 г.
Азраил
Ариадна
Ахилл на валу
Брат
«Брожу - не дом же плотничать...»
«Всe так же, так же в морскую синь...»
«Голубиная купель...»
Деревья
Диалог Гамлета с совестью
«Древняя тщета течет по жилам...»
Душа
Занавес
Заочность
«Как бы дым твоих ни горек...»
Клинок
Крик станций
«Крутогорьями глаголь...»
Ладонь
Луна - лунатику
«Люблю - но мука еще жива...»
Лютня
Магдалина
Минута
Мореплаватель
«На назначенное свиданье...»
Наклон
Наука Фомы
«Не надо ее окликать...»
«Нет, правды не оспаривай...»
Ночные места
Ночь
Ночь
Облака
Овраг
Окно
Око
«Оперением зим...»
«Оставленного зала тронного...»
Офелия - в защиту королевы
Офелия - Гамлету
Педаль
Письмо
Плач цыганки по графу Зубову
«По набережным, где седые деревья...»
Побег
Подруга
Поезд жизни
Последний моряк
Поэты
Прага
Пражский рыцарь
Провода
Прокрасться...
Раковина
«Рано еще - не быть!..»
Расщелина
Рельсы
Ручьи
«С этой горы, как с крыши...»
Сахара
Сестра
Сивилла
Скифские
Слова и смыслы
Сок лотоса
«Строительница струн - приструню...»
«Так вслушиваются...»
«Ты, меня любивший фальшью...»
Федра
Хвала времени
Час Души
Эвридика - Орфею
Эмигрант
Стихи 1924 г.
«Вьюга наметает в полы...»
Двое
«Емче органа и звонче бубна...»
«Живу - не трогаю...»
Жизни
Остров
«Пела как стрелы и как морены...»
«Пела рана в груди у князя...»
Под шалью
Полотерская
Попытка ревности
Приметы
Сон
«Так - только Елена глядит над кровлями...»
«Ятаган? Огонь?..»
Стихи 1925 г.
«В седину - висок...»
«Высокомерье - каста...»
«Дней сползающие слизни...»
«Жив, а не умер...»
Крестины
«Не колесо громовое...»
«От родимых сeл, сeл!..»
«Променявши на стремя...»
«Рас - стояние: версты, мили...»
«Русской ржи от меня поклон...»
«Слава падает так, как слива...»
«Существования котловиною...»
«Что, Муза моя! Жива ли еще?..»
Стихи 1926 г.
«Кто - мы? Потонул в медведях...»
«Тише, хвала!..»
Стихи 1928 г.
«Всю меня - с зеленью...»
«Лес: сплошная маслобойня...»
Наяда
Плач матери по новобранцу
Разговор с гением
«Чем - не боги же - поэты!..»
Стихи 1930 г.
Маяковскому
Стихи 1931 г.
Дом
Лучина
«Насмарку твой стих!..»
«Не нужен твой стих...»
Страна
«Тише, тише, тише, век мой громкий!..»
Стихи 1932 г.
Ici - haut
«Дом, с зеленою гущей...»
«Закрыв глаза - раз иначе нельзя...»
Родина
Стихи к сыну
«Темная сила!..»
Стихи 1933 г.
Ода пешему ходу
Стихи к Пушкину
Стол
Стихи 1934 г.
«А Бог с вами!..»
«Вскрыла жилы: неостановимо...»
«Есть счастливцы и счастливицы...»
Куст
«Не было друга...»
«О поэте не подумал...»
Отголоски Стола
«Рябину...»
Сад
«Стройте и пойте стройку!..»
«Тоска по родине! Давно...»
«Уединение: уйди...»
«Человека защищать не надо...»
Челюскинцы
«Это жизнь моя пропела - провыла...»
Стихи 1935 г.
Бузина
«Двух станов не боец, а - если гость случайный...»
Деревья
«Жизни с краю...»
Надгробие
«Небо - синей знамени!..»
«Никому не отмстила и не отмщу...»
«Никуда не уехали - ты да я...»
«Окно раскрыло створки...»
Отцам
«Ударило в виноградник...»
«Уж если кораллы на шее...»
«Черные стены...»
Читатели газет
Стихи 1936 г.
Автобус
«Когда я гляжу на летящие листья...»
Савойские отрывки
Стихи сироте
Стихи 1937 г.
«Были огромные очи...»
Стихи 1938 г.
«Жуть, что от всей моей Сонечки...»
«Опустивши забрало...»
«Ох, речи мои марочные...»
«Так, не дано мне ничего...»
Стихи 1939 г.
1918 г.
Douce France
«Вот: слышится - а слов не слышу...»
Стихи к Чехии. Март
Стихи к Чехии. Сентябрь
Стихи 1940 г.
«Всем покадили и потрафили...»
«Годы твои - гора...»
«Двух - жарче меха! Рук - жарче пуха!..»
«Когда-то сверстнику....»
«Многие мои! О, пьющие...»
«Не знаю. какая столица...»
«Пора! для этого огня...»
«Так ясно сиявшие...»
«Ушел - не ем...»
Стихи 1941 г.
«Всe повторяю первый стих...»
«Пора снимать янтарь...»

Марина Цветаева

Световой ливень

                  
     Поэзия вечной мужественности

     Эренбургу

     Передо мной книга Б. Пастернака "Сестра моя Жизнь". В защитной обложке,
отдающей  сразу  даровыми  раздачами  Юга  и  подачками  Севера,  дубоватая,
неуютная,  вся в  каких-то  траурных  подтеках,  -  не то  каталог  гробовых
изделий,  не   то   последняя  ставка  на  жизнь  какого-нибудь  подыхающего
издательства. Такой, впрочем, я ее увидела  только раз в первую секунду, как
получила,  еще  раскрыть  не  успев. Потом я  ее уже не  закрывала. Это  мой
двухдневный  гость,  таскаю  ее по всем берлинским  просторам:  классическим
Линдам*, магическим Уитергрундам** (с ней в руках - никаких крушений!),брала
ее в Zоо*** (знакомиться), беру ее с собой к пансионскому обеду, и - в конце
концов  -  с распахнутой ею  на груди  -с  первым лучом солнца - просыпаюсь.
Итак,  не  два  дня,  -  два  года!  Право  давности  на два  слова  о  ней.
_________________ * Липы (нем.) ** Метро (нем.) *** Зоопарк (нем.)

     Пастернак. - А кто такое Пастернак? ("Сын художника"  - опускаю.) Не то
имажинист, не  то еще какой-то... Во всяком случае, из новых...  Ах, да, его
усиленно  оглашает Эренбург. Да, но  вы ведь знаете Эренбурга?  Его прямую и
обратную фронду!.. И, кажется, и книг-то у него нет...
     Да, господа, это его первая книга (1917г.) - и не  показательно ли, что
в наше время, когда  книга,  имеющая быть написанной в  1927 г., проживается
уже в  1917 г. Книга Пастернака, написанная  в 1917 г., запаздывает на  пять
лет. - И какая книга!  - Он точно  нарочно дал  сказать все -  всем, чтобы в
последнюю секунду, недоуменным жестом - из грудного кармана блокнот: ""А вот
я...  Только я совсем не ручаюсь..."  Пастернак, возьмите меня  в поручители
перед  Западом - пока  - до появления здесь  Вашей "Жизни". Знайте,  отвечаю
всеми своими недоказуемыми угодьями.  И не потому,  что Вам это нужно, -  из
чистой корысти - дорого побывать в такой судьбе!

     ---

     Стихи Пастернака читаю в первый раз. (Слышала - изустно - от Эренбурга,
но  от присущей и мне фронды, - нет, позабыли мне в люльку боги дар соборной
любви!  - от исконной  ревности, полной  невозможности любить  вдвоем - тихо
упорствовала:  "Может  быть  и  гениально,  но  мне не  нужно.")  - С  самим
Пастернаком  я знакома  почти что  шапочно: три-четыре беглых  встречи. -  И
почти безмолвных, ибо  никогда ничего нового не хочу. - Слышала  его раз,  с
другими поэтами, в Политехническом Музее. Говорил он глухо и почти все стихи
забывал. Отчужденностью на эстраде  явно напоминал  Блока. Было  впечатление
мучительной сосредоточенности,  хотелось  -  как  вагон, который  не идет  -
подтолкнуть...,  "Да  ну  же...", и так как  ни одного слова так и не  дошло
(какие-то бормота, точно медведь просыпается), нетерпеливая мысль: "Господи,
зачем так мучить себя и других!"
     Внешнее осуществление Пастернака прекрасно: что-то в  лице  зараз и  от
араба и от его коня: настороженность, вслушивание,  - и вот-вот... Полнейшая
готовность к бегу. - Громадная, тоже  конская,  дикая и робкая роскось глаз.
(Не  глаз,  а  око.) Впечатление, что всегда что-то  слушает,  непрерывность
внимания и - вдруг - прорыв в слово - чаще всего довременное какое-то: точно
утес заговорил, или дуб. Слово  (в беседе) как прервание исконных  немот. Да
не только в  беседе, то же и с гораздо большим правом опыта могу утвердить и
о стихе. Пастернак живет не в слове, как дерево - не явственностью листвы, а
корнем (тайной). Под  всей  книгой  - неким  огромным  кремлевским  ходом  -
тишина.
     "Тишина, ты лучшее
     Из всего, что слышал... "
     Столь же книга тишизн, сколь щебетов.
     Теперь, прежде чем начать о его книге (целом ряде ударов и отдач),  два
слова  о проводах,  несущих  голос: о  стихотворном  его  даре.  Думаю,  дар
огромен, ибо сущность, огромная, доходит целиком. - Дар, очевидно, в уровень
сущности, редчайший  случай, чудо,  ибо почти над каждой книгой поэта вздох:
"С  такими  данными..."  или  (неизмеримо реже)  -  "А  доходит  же все-таки
что-то"...  Нет,  от  этого Бог  Пастернака и  Пастернак  нас  -  помиловал.
Единственен  и неделим. Стих -  формула  его  сущности. Божественное  "иначе
нельзя".  Там,  где  может  быть  перевес  "формы"  над  "содержанием",  или
"содержания"  над  "формой",-  там  сущность никогда  и  не  ночевала.  -  И
подражать ему нельзя: подражаемы только одежды. Нужно родиться вторым таким.
     О  доказуемых сокровищах  поэзии Пастернака (ритмах,  размерах  и  пр.)
скажут в свое время другие - и наверно не с меньшей затронутостью, чем я - о
сокровищах недоказуемых.
     Это дело специалистов поэзии. Моя же специальность - Жизнь.

     ---

     - "Сестра моя Жизнь"! - Первое мое движение, стерпев ее всю: от первого
удара до  последнего -  руки настежь  - так,  чтоб все суставы  хрустнули. Я
попала под нее, как под ливень.
     - Ливень: все небо на голову, отвесом -  ливень впрямь, ливень вкось, -
сквозь,  сквозняк, спор  световых лучей и дождевых,  - ты ни при чем: раз уж
попал - расти!
     - Световой ливень.
     ---

     Пастернак - большой поэт.  Он сейчас больше всех:  большинство из сущих
были, некоторые есть, он один будет. Ибо, по-настоящему, его еще нет: лепет,
щебет, дробен, весь в Завтра! - захлебывание младенца, -  и  этот младенец -
Мир. Захлебывание.  Пастернак не говорит,  ему некогда договаривать, он весь
разрывается, - точно  грудь не вмещает: а - ах! Наших слов он еще не  знает:
что-то     островитянски-ребячески-перворайски    невразумительное    -    и
опрокидывающее. В три года это привычно  и  называется:  ребенок, в двадцать
три  года  это  непривычно  и  называется:  поэт.  (О, равенство, равенство!
Скольких нужно было обокрасть Богу вплоть до седьмого колена, чтобы  создать
одного такого Пастернака!)
     Самозабвенный, себя не помнящий, он вдруг иногда просыпается  и  тогда,
высунув  голову в  форточку (в жизнь -  с  маленькой буквы) - но,  о чудо! -
вместо осиянного  трехлетнего купола - не чудаковатый ли колпак марбургского
философа? - И голосом заспанным - с чердачных своих высот во двор, детям:

     Какое, милые, у нас
     Тысячелетье на дворе?
     Будьте уверены, что ответа он уже не слышит. Возвращаюсь к младенчеству
Пастернака.  Не  Пастернак-младенец  (ибо  тогда  он  рос бы не в  зори, а в
сорокалетнее  упокоение, - участь всех  земнородных  детей!) -  не Пастернак
младенец,  это мир в нем младенец. Самого Пастернака я  бы  скорей отнесла к
самым первым дням  творения: первых рек, первых зорь, первых гроз. Он создан
до Адама.
     Боюсь также,  что из  моих  беспомощных  всплесков доходит  лишь  одно:
веселость  Пастернака. - Веселость. -  Задумываюсь.  Да,  веселость  взрыва,
обвала,  удара,  наичистейшее  разряжение  всех жизненных  жил и сил,  некая
раскаленность  добела, которую  - издалека -  можно  принять просто за белый
лист.
     Думаю  дальше: чего нет в Пастернаке?  (Ибо если бы в  нем было все, он
был  бы  жизнью,  т.  е.  его бы самого  не  было.  Только  путем нет  можно
установить  наличность  да: отдельность.)  Вслушиваюсь  -  и:  духа тяжести!
Тяжесть для него только новый вид действенности: сбросить. Его скорее видишь
сбрасывающим  лавину  -  нежели  где-нибудь  в  заваленной  снегом  землянке
стерегущим  ее  смертный топот. Он никогда не будет  ждать  смерти:  слишком
нетерпелив и  жаден - сам бросится в нее: лбом, грудью, всем, что упорствует
и опережает. Пастернака не обокрадешь. Бетховенское: Durch Leiden- Freuden.*
     Книга  посвящена   Лермонтову.  (Брату?)  Осиянность  -   омраченности.
Тяготение  естественное:  общая  тяга  к  пропасти:  пропасть.  Пастернак  и
Лермонтов.  Родные  и  врозь  идущие, как два крыла. ____________________  *
Через страданье - к радости (нем.).

     ---

     Пастернак    поэт    наибольшей     пронзаемости,    следовательно    -
пронзительности.  Все в него ударяет.  (Есть,  очевидно, и справедливость  в
неравенстве: благодаря Вам, единственный поэт, освобожден от небесных громов
не  один человеческий купол!) Удар. - Отдача.  И молниеносность этой отдачи,
утысячеренность: тысячегрудое эхо  всех  его Кавказов. - Понять не  успев! -
(Отсюда и чаще в первую секунду, а  часто и в последнюю - недоумение: что? -
в чем дело? - ни в чем! Прошло!)
     Пастернак - это сплошное  настежь: глаза,  ноздри, уши, губы,  руки. До
него ничего не было. Все  двери  с петли: в Жизнь! И вместе с тем, его более
чем кого-либо нужно вскрыть. (Поэзия  Умыслов.)  Так,  понимаешь  Пастернака
вопреки   Пастернаку  -  по  какому-то   свежему  -   свежейшему!  -  следу.
Молниеносный, - он для всех обремененных опытом небес.  (Буря - единственный
выдох  неба,  равно,  как  небо  -  единственная   возможность   быть  буре:
единственное ристалище ее!)
     Иногда он опрокинут: напор  жизни за  вдруг распахнутой дверью сильней,
чем  его  упорный  лоб.  Тогда  он  падает  -  блаженно  -  навзничь,  более
действенный в  своей опрокинутости, нежели  все задыхающиеся в эту секунду -
карьером поверх барьеров - жокеи и курьеры от Поэзии*. _________________ * В
последнюю секунду следующих две достоверности: 1 "Сестра моя Жизнь" вовсе не
первая его книга, 2  Название первой  его книги  не  более и  не менее,  как
"Поверх барьеров" - Так или иначе, но барьер этот - в "Сестре  моей Жизни" -
взят. (примеч. М Цветаевой).

     ---

     И озарение:  да просто любимец  богов! И - озарение зорчайшее: да нет -
не  просто,  и  не любимец!  Нелюбимец,  из тех юнцов, некогда  громоздивших
Пелион на Оссу.

     ---

     Пастернак: растрата.  Истекание светом. Неиссякаемое  истекание светом.
На нем сбывается закон голодного года: только не бережа - не избудешь. Итак,
за него мы спокойны, но о нас, перед лицом  его сущности, можно  задуматься:
"Могущий вместить - да вместит". -? -
     ---

     Но  довольно  захлебываний.  Попытаемся  здраво и трезво.  (Не страшно,
уцелеет при наибелейшем  дне!)  Кстати, о  световом в  поэзии Пастернака.  -
Светопись:  так  бы я назвала.  Поэт  светлот (как  иные, например, темнот).
Свет. Вечная Мужественность- Свет в пространстве, свет  в движении, световые
прорези  (сквозняки),  световые  взрывы,  -  какие-то   световые  пиршества.
Захлестнут и залит. И не  солнцем только: всем, что  излучает, - а для него,
Пастернака, от всего идут лучи.
     Итак, выработавшись, наконец, из сонных водовертей толкований  - в явь,
на трезвую мель тезисов и цитат!

     1. Пастернак и быт.
     2. Пастернак и день.
     3. Пастернак и дождь.

     ---

ПАСТЕРНАК И БЫТ


     Быт.  Тяжкое  слово. Почти как: бык.  Выношу его  только,  когда за ним
следует:  кочевников.  Быт,  это - дуб,  и под  дубом (в  круг) скамья, и на
скамье  дед, который вчера был  внук, и  внук, который  завтра будет  дед  -
Бытовой дуб и дубовый быт-- Добротно, душно, неизбывно. Почти что забываешь,
что  дуб,  как  древо, посвященное  Зевесу,  чаще  других  удостаивается его
милости: молнии. И, когда мы это совсем  забываем,  в последнюю  секунду, на
выручку, - молнией в наши дубовые лбы: Байрон, Гейне, Пастернак.

     ---

     Первое,  что в круговой  поруке пастернаковских первизн  нас  поражает:
быт.  Обилие его, подробность его - и: "прозаичность" его. Не только приметы
дня: часа!
     - Распахиваю. - "Памяти Демона".

     ...От окна на аршин,
     Пробирая шерстинки бурнуса,
     Клялся льдами вершин:
     - Спи, подруга, лавиной вернуся!

     Дальше, в стихотворении "Сестра моя Жизнь":

     ... Что в грозу лиловы глаза и газоны,
     И пахнет сырой резедой горизонт.
     Что в мае, когда поездов расписанье
     Камышинской веткой читаешь в купе...

     (Намеренно привожу и сопутствующие строки: установить соседство.)
     Дальше, про плетень:

     Он незабвенен тем еще,
     Что пылью припухал,
     Что ветер лускал семечки,
     Сорил по лопухам...

     Дальше, про ветер:

     Ветер розу пробует
     Приподнять по просьбе
     Губ, волос и обуви,
     Подолов и прозвищ.

     Дальше, про дачу:

     Все еще нам лес - передней,
     Лунный жар за елью - печью,
     Все, как стираный передник,
     Туча сохнет и лепечет.

     Дальше, о степи:

     Туман отовсюду нас морем обстиг,
     В волчцах волочась за чулками...

     -  Одну  секунду? - "Набор слов, все ради  повторяющегося  "ча"...  Но,
господа, неужели ни с кем из вас этого не было: репья, вгрызающиеся в чулки?
Особенно в детстве, когда мы все в коротком. Да, здесь вместо репей: волчец.
Но разве "волчец" не лучше?  (По хищности, цепкости,  волчиной своей  сути?)
Дальше:

     На желобах,
     Как рукава сырых рубах,
     Мертвели ветки...

     (здесь же):

     В запорошенной тишине,
     Намокшей, как шинель.

     (Это стихотворение "Еще более душный рассвет" - руки горят привести его
здесь целиком, как -  вообще  - изодрав в  клочья эти  размышления по поводу
пустить по  книжным рынкам  Запада самое "Сестру мою  Жизнь".  - Увы, рук  -
мало!) Дальше:

     У мельниц - вид села рыбачьего.
     Седые сети и корветы...

     Затем, в чайной:

     Но текут и по ночам
     Мухи с дюжин, пар и порций,
     С крученого паныча,
     С мутной книжки стихотворца,
     Будто это бред с пера...

     Подъезжая к Киеву:

     Под Киевом - пески
     И выплеснутый чай,
     Присохший к жарким лбам,
     Пылающим по классам...

     (Чай, уже успевший превратиться в пот и просохнуть. - Поэзия Умыслов! -
"Пылающим  по  классам",  -  в  III жарче  всего!  В этом  четверостишии все
советское "за хлебом".) "У себя дома":

     С солнца спадает чалма:
     Время менять полотенце,
     (-Мокнет на днище ведра).

     В городе - говор мембран,
     Шарканье клумб и кукол...

     Дальше, о веках спящей:

     Милый, мертвый фартук
     И висок пульсирующий ...
     Спи, Царица Спарты,
     Рано еще, сыро еще.

     (Веко: фартук, чтобы не запылился праздник:  прекрасный праздник глаз!)
Дальше, в стихах "Лето":

     Топтался дождик у дверей,
     И пахло винной пробкой.
     Так пахла пыль. Так пах бурьян.
     И, если разобраться,
     Так пахли прописи дворян
     О равенстве и братстве.

     (Молодым вином: грозой! Не весь ли в  этом "Serment du jeu de paume".)*
__________________ * "Клятва игры в мяч" (фр.)

     И, наконец, господа, последняя цитата,  где уже кажется вся разгадка на
Пастернака и быт:

     И когда к колодцу рвется
     Смерч тоски, то - мимоходом
     Буря хвалит домоводство.
     - Что тебе еще угодно?

     Да ничего! Большего, кажется, сам Бог не вправе требовать с бури!
     Теперь осмыслим. - Наличность быта, кажется,  доказана. Теперь  - что с
ним  делать? Верней, что  с ним делает  Пастернак, и что он - с Пастернаком?
Во-первых, Пастернак его зорко видит: схватит и отпустит. Быт для Пастернака
- что земля для шага:  секунды придерж и отрывание. Быт у него (проверьте по
цитатам) почти всегда в движении: мельница, вагон,  бродячий запах бродящего
вина,  говор мембран,  шарканье клумб,  выхлестнутый  чай-  ведь  не за  уши
притягиваю! - проверьте: даже сон у него в движении: пульсирующий висок.
     Быта, как  косности, как обстановки, как дуба  (дубовая, по объявлению,
столовая, столь часто подменяемая  поэтами  - павловскими и  екатерининскими
палисандрами) -  быта,  как дуба,  вы не найдете  вовсе. Его  быт  на свежем
воздухе. Не оседлый: в седле.

     Теперь о прозаизме. Многое тут  можно  было бы сказать  -  рвется! - но
уступим дорогу еще более рвущемуся из меня: самому Пастернаку:

     ...Он видит, как свадьбы справляют вокруг,
     Как спаивают, просыпаются,
     Как общелягушечью эту икру
     Зовут, обрядив ее, - паюсной.

     Как жизнь, как жемчужную шутку Ватто
     Умеют обнять табакеркою,
     И мстят ему, может быть, только за то,
     Что там, где кривят и коверкают,

     Где лжет и кадит, ухмыляясь, комфорт,
     Где трутнями трутся и ползают...

     Прозаизм Пастернака, кроме природной зоркости, это святой отпор Жизни -
эстетству:  топору - табакерке. -  Ценнее ценного.  Где  на  протяжении  136
страниц вы  найдете хоть  одну эстетствующую  запятую? Он так же свободен от
"обще-поэтических"  лун-струн, как  от "крайне-  индивидуальных"  зубочисток
эстетства. За сто верст на круг обойден этой двойной пошлостью. Он человечен
- durch*. Ничего, кроме жизни, и любое  средство - лучшее. И  - не табакерку
Ватто он топчет, сей бытовой титаненок, а ту жизнь, которую можно вместить в
табакерку. ____________________ * Насквозь (нем.)

     Пастернак   и   Маяковский.   Нет,  Пастернак   страшней.   Одним   его

"Послесловием" с головой покрыты все 150 миллионов - Маяковского.
     Смотрите конец:

     И всем, чем дышалось оврагам века,
     Всей тьмой ботанической ризницы,
     Пахнет по тифозной тоске тюфяка
     И хаосом зарослей брызнется.

     Вот  оно -  Возмездие!  Хаосом  зарослей  -  по  разлагающемуся  тюфяку
эстетства!

     Что перед Гангом - декрет и штык!

     Быт  для Пастернака  - удерж,  не более чем земля -  примета (прикрепа)
удержать (удержаться). Ибо исконный соблазн таких душ - несомненно - во всей
осиянности: Гибель.

ПАСТЕРНАК И ДЕНЬ


     Не о дне  вселенском,  предвещаемом  денницей,  не  о белом дне,  среди
которого все ясно, но о стихии дня (света).
     Есть   другой   день:  злой  (ибо   слеп),   действенный   (ибо  слеп),
безответственный (ибо слеп) -  дань  нашей  бренности, дань-  день: сегодня.
-Терпимый лишь потому, что еще вчера был завтра и завтра уже будет вчера: из
бренности - в навек: под веки.
     Летний  день  17-го года жарок:  в  лоск - под  топотом  спотыкающегося
фронта. Как же встретил Пастернак эту лавину из лавин - Революцию?

     Достоверных  примет  семнадцатого  года  в  книге мало,  при  зорчайшем
вслушивании,  при учитывании тишайших  умыслов  - три,  четыре,  пять  таких
примет.
     Начнемте. (В стихотворении "Образец"):

     ...Белые годы за пояс
     Один такой заткнет.
     Все жили в сушь и впроголодь,
     В борьбе ожесточась.
     И никого не трогало,
     Что чудо жизни - с час.

     Затем, в стихотворении "Распад":

     ...И где привык сдаваться глаз
     На милость засухи степной,
     Она, туманная, взвилась
     Революцьонною копной...

     И - в том же стихотворении - дальше:

     ... И воздух степи всполошен:
     Он чует, он впивает дух
     Солдатских бунтов и зарниц,
     Он замер, обращаясь в слух,
     Ложится - слышит: обернись! (не о себе ли?).
     Еще, в стихотворении "Свисток милиционера" (с естественно отсутствующим
милиционером):

     ...за оградою
     Север злодейств сереет...

     Еще три строчки из стихотворения "Душная ночь":

     ...В осиротелой и бессонной
     Сырой, всемирной широте
     С постов спасались бегством стоны...

     Стихотворение Керенскому  "Весенний дождь" со  следующими изумительными
строками:

     В чьем это сердце вся кровь его - быстро
     Хлынула к славе, схлынув со щек...

     - Я бы истолковала магией над молодостью слова: Энтузиазм, - отнюдь  не
политическим пристрастием.
     -  И все.  -  Из  приведенных гадательностей ясно  одно:  Пастернак  не
прятался  от Революции в те или иные  интеллигентские подвалы. (Не подвал  в
Революции - только площадь в поле!)  Встреча была. - Увидел он  ее впервые -
Там где-то - в маревах - взметнувшейся копной, услышал - в  стонущем бегстве
дорог. Далась она ему (дошла), как все в его жизни - через природу.

     Слово  Пастернака  о Революции, как  слово  самой Революции  о  себе  -
впереди. Летом 17-го года он шел с ней в шаг: вслушивался.

ПАСТЕРНАК И ДОЖДЬ


     Дождь. - Что прежде всего встает, в дружественности созвучий? - Даждь.-
А за "даждь" - так естественно: Бог.
     Даждь Бог - чего? - дождя! В самом имени славянского солнца уже просьба
о дожде. Больше: дождь в нем уже  как бы дарован.  Как  дружно!  Как кратко!
(Ваши учителя, Пастернак!) И, поворотом лба - в прошедшее десятилетие. Кто у
нас писал природу? Не хочу ворошить имен (отрываться, думать о других), но -
молниеносным  пробегом  -  никто,  господа. Писали  -  и много, и  прекрасно
(Ахматова первая) о себе  в  природе,  так  естественно - когда  Ахматова! -
затмевая природу, писали о природе в себе (уподобляя, уподобляясь), писали о
событиях  в  природе,  отдельных  ее ликах и  часах, но  как  изумительно ни
писали, все - о, никто - ее: самое: в упор.
     И вот: Пастернак. И задумчивость встает: еще кто кого пишет.
     Разгадка: пронзаемость. Так дает пронзить  себя листу, лучу, - что  уже
не он,  а: лист, луч.  -  Перерождение. - Чудо. - От лермонтовской лавины до
Лебедянского лопуха - все  налицо, без  пропуску, без промаху.  Но страстнее
трав, зорь, вьюг - возлюбил Пастернака: дождь. (Ну и надождил же он поэту! -
Вся  книга плывет!)  Но какой  не-осенний, не  мелкий, не дождичек  - дождь!
Дождь-джигит, а не дождичек!
     Начнемте:

     Сестра моя Жизнь - и сегодня в разливе
     Расшиблась весенним дождем обо всех...

     Дальше:  "Плачущий сад" (изумительное  от  первой строки до  последней.
Руки грызу себе, что приходится разрывать).

     Ужасный! Капнет и вслушается,
     Все он ли один на свете.
     (Мнет ветку в окне как кружевце)
     Или есть свидетель (Пропуск:)

     Ни звука. И нет соглядатаев.
     В пустынности удостоверясь,
     Берется за старое - скатывается
     По кровле, за желоб, и через...

     (Упираю:  одиночество  дождя,  а  не  человека  под  дождем!)   Дальше:
"Зеркало".

     ...Так после дождя проползают слизни
     Глазами статуй в саду.
     Шуршит вода по ушам...

     А вот совсем очаровательное:

     У капель - тяжесть запонок,
     И сад слепит, как плес,
     Обрызганный, закапанный
     Мильоном синих слез...

     Дальше, в стихотворении "Дождь":

     Снуй шелкопрядом тутовым
     И бейся об окно.
     Окутывай, опутывай,
     Еще не всклянь темно!..

     (и, пропускаю:)

     Теперь бежим сощипывать,
     Как стон со ста гитар,
     Омытый мглою липовой
     Садовый Сен-Готард.

     Дальше - (руки вправду будут изгрызаны!)

     На чашечку с чашечки скатываясь,
     Скользнула по двум, и в обеих -
     Огромною каплей агатовою
     Повисла, сверкает, робеет.
     Пусть ветер, по таволге веющий,
     Ту капельку мучит и плющит,
     Цела, не дробится, - их две еще
     Целующихся и пьющих...

     Дальше, начало стихотворения "Весенний дождь":

     Усмехнулся черемухе, всхлипнул, смочил
     Лак экипажей, деревьев трепет...

     Дальше: ("Болезни земли")

     Вот и ливень. Блеск водобоязни,
     Вихрь, обрывки бешеной слюны...

     Четверостишие из стихотворения "Наша гроза":

     У кадок пьют еще грозу
     Из сладких шапок изобилья.
     И клевер бурен и багров
     В бордовых брызгах маляров.

     Через несколько страниц:

     Дождь пробьет крыло дробинкой...

     Дальше: (начало стихотворения "Душная ночь", одного из несказаннейших в
книге)

     Накрапывало, - но не гнулись
     И травы в грозовом мешке.
     Лишь пыль глотала дождь в пилюлях.
     Железо в тихом порошке.

     Селенье не ждало целенья,
     Был мрак, как обморок, глубок...

     и - давайте уже подряд:

     За ними в бегстве слепли следом
     Косые капли...
     ...Дождик кутал
     Ниву тихой переступью...

     Накрапывало. Налегке
     Шли пыльным рынком тучи...

     Грянул ливень всем плетнем...

     Мареной и лимоном
     Обрызгана листва...

     ...Дождь в мозгу
     Шумел,  не  отдаваясь  мыслью...*  _____________________ *  Курсив  мой
(примеч. М. Цветаевой).

     (потому-то  и дождь  (жизнь!),  а не  размышления  по поводу!)  и  - на
последней странице книги:
     ...в дождь каждый лист
     Рвется в степь-
     Господа, вы теперь знаете про  Пастернака и дождь. Так же у Пастернака:
с  росой, с  листвой, с  зарей,  с  землей,  с травой...-  Кстати,  попутное
наблюдение:  разительное  отсутствие  в  кругу  пастернаковской   природы  -
животного царства: ни клыка, ни рога. Чешуя  лишь проскальзывает. Даже птица
редка. Мироздание точно  ограничилось для него  четвертым днем.  - Допонять.
Додумать. -

     Но вернемся к траве, верней шагнем за поэтом:

     ...во мрак, за калитку
     В степь, в запах сонных лекарств...
     (мяты, ромашки, шалфея)

     Шалфея? Да, господа, шалфея. Поэт: как Бог, как ребенок, как нищий,  не
брезгует ничем. И не их ли это - Бога, ребенка, нищего - ужас:
     И через дорогу за тын перейти
     Нельзя, не топча мирозданья.

     Ответственность  каждого  шага,  содрогающееся: не нарушить!  - и какое
огромное - в безысходности  своей - сознание  власти!  - Если бы поэт уже не
сказал этого о Боге, я бы сказала это о самом поэте: тот -
     ...тому ничто не мелко...
     Земные приметы, его гениальное "Великий Бог Деталей":

     ...Ты спросишь, кто велит,
     Чтоб август был велик,
     Кому ничто не мелко,
     Кто погружен в отделку
     Кленового листа,
     И с дней Экклезиаста
     Не покидая поста
     За теской алебастра?

     Ты спросишь, кто велит,
     Чтоб губы астр и далий
     Сентябрьские - страдали?
     Чтоб мелкий лист ракит
     С седых кариатид
     Слетел ни сырость плит
     Осенних госпиталей?
     Ты спросишь, кто велит?

     - Всесильный Бог деталей,
     Всесильный Бог любви,
     Ягайлов и Ядвиг...

     У Пастернака нет вопросов: только ответы.  "Если  я так ответил, кто-то
где-то очевидно об  этом спросил, может быть  я сам во сне, прошлой ночью, а
может быть  еще только в завтрашнем сне спрошу..." Вся  книга - утверждение,
за всех и за все. Есмь! И - как мало о себе в упор! Себя не помнящий...
     О Пастернаке и мысли. Думает? Нет. Есть  мысль? Да. Но вне его волевого
жеста: это  она  в нем  работает,  роет  подземные ходы, и вдруг -  световым
взрывом - наружу. Откровение. Озарение. (Изнутри.)

     ...Но мы умрем со спертостью
     Тех розысков в груди...

     В  этом  двустишии  может быть  главная  трагедия всей  пастернаковской
породы: невозможность растратить: приход трагически превышает расход:

     И сады, и пруды, и ограды,
     И кипящее белыми воплями
     Мирозданье - лишь страсти разряды,
     Человеческим сердцем накопленной...

     И, беспомощней и проще:

     Куда мне радость деть свою?
     В стихи? В графленую осьмину?

     (А еще говорят: нищие духом!)

     ...Будто в этот час пора
     Разлететься всем пружинам

     Где? В каких местах? В каком
     Дико мыслящемся крае?
     Знаю только: в сушь и в гром
     Перед грозой, в июле. - знаю (Не взрыв?)

     Как в неге прояснялась мысль!
     Безукоризненно. Как стон.
     Как пеной, в полночь, с трех сторон
     Внезапно озаренный мыс. (Не озарение?) И - последнее -

     Как усыпительна жизнь.
     Как откровенья бессонны!

     - Пастернак, когда вы спите?
     Кончаю. В отчаянии. Ничего  не сказала. Ничего - ни  о чем - ибо передо
мной: Жизнь, и я таких слов не знаю.

     ... И только ветру связать,
     Что ломится в жизнь, и ломается в призме.
     И радо играть в слезах...

     Это  не  отзыв:  попытка  выхода,  чтобы  не захлебнуться. Единственный
современник, на которого мне не хватило грудной клетки.
     Так  о  современниках не пишут. Каюсь. Исключительно ревность  Ремесла,
дабы не уступить через  какое-нибудь  пятидесятилетие первому бойкому перу -
этого кровного своего славословья.
     Господа, эта книга - для всех. И надо, чтоб ее все знали, эта книга для
душ то, что Маяковский для тел: разряжение в действии. Не только  целебна  -
как те его сонные травы - чудотворна.
     Только  доверчиво,  не сопротивляясь, в полной кротости: или снесет или
спасет! Простое чудо доверия: деревом, псом, ребенком в дождь!

     - И никто не захочет стреляться, и никто не захочет расстреливать...

     ... И вдруг пахнуло выпиской
     Из тысячи больниц!

     Берлин, 3-7 июля 1922


КОММЕНТАРИИ


     Впервые - в журнале "Эпопея" (Берлин, 1922, э 3).
     Летом 1922 г. М. Цветаева получила от Б. Пастернака только что вышедший
сборник  его  стихов "Сестра моя  -  жизнь" (М.: Изд-во Гржебина.1922),  под
впечатлением от которого в короткий срок ею была написана статья "моя первая
статья в  жизни -  и боевая" (Русский Берлин 1921-1923.  Париж. 1983 г.,  с.
158).
     ..это его первая книга (1917 г.). - Цветаева ошибается, первая книга Б.
Пастернака "Близнец в тучах" вышла в 1914г.
     "Тишина, ты лучшее..." - из стихотворения Б. Пастернака "Звезды летом".
     ...  чудаковатый  ли  колпак  марбургского  философа  -   в  1912  г  в
Марбургском университете Б. Пастернак слушал курс лекций по философии.
     "Какое, милые, у нас..." - из стихотворения "Про эти стихи" (1917)
     ... из  тех юнцов,  некогда громоздивших Пелион  на Оссу.- Братья От  и
Эфиальт  (греч.  миф.),  добиваясь  любви  богинь  Геры  и Артемиды,  решили
подняться на небо, поставив горы Олимп, Пелион и Оссу одна на другую.
     "Он незабвенен тем еще..." - из стихотворения "Образец".
     "Ветер розу пробует..." - из стихотворения "Звезды летом".
     "Все еще  нам лес - передней..." - из стихотворения "Меin  Liеbсhеn was
willst du nосh mеhr?" ("Любимая, что тебе еще угодно?" - нем.)
     "Туман отовсюду нас морем обстиг." - из стихотворения "Степь"
     "На желобах..." - из стихотворения "Еще более душный рассвет"
     "У мельниц - вид села рыбачьего." - из стихотворения "Мучкап"
     "Но текут и по ночам..." - из стихотворения "Мухи Мучкапской чайной".
     "Под Киевом - пески..." - из стихотворения "Как усыпительна жизнь!..".
     "Милый, мертвый фартук..." - из стихотворения "Елене".
     "И когда к колодцу  рвется..." -  из  стихотворения "Меin  Liebсhеn was
willst du nосh mеhr?"
     "..  Он  видит,  как  свадьбы  справляют вокруг. "  - из  стихотворения
"Любимая - жуть! Когда любит поэт...".
     "И - не табакерку Ватто он топчет..." - у Б. Пастернака "Как жизнь, как
жемчужную шутку Ватто // Умеют обнять табакеркою" (из стихотворения "Любимая
-  жуть!  Когда любит  поэт...").  Ватто  Антуан  (1684-1721)  - французский
художник.
     "И  всем,  чем дышалось  оврагам века..." -  из  того же  стихотворения
"Свисток милиционера."  - у Б. Пастернака  стихотворение называется "Свистки
милиционеров". Стихотворение Керенскому.  -  Очевидно, из-за строк: "Это  не
ночь, не дождь и не хором // Рвущееся: "Керенский, ура!"" ("Весенний дождь",
1917).
     "Сестра  моя  Жизнь  -  и  сегодня  в разливе..."  -  начальные  строки
стихотворения без названия.
     "У капель - тяжесть запонок..." - из стихотворения "Ты  в ветре, веткой
пробующем...".
     Сен-Готард - перевал в Альпах.
     "На  чашечку с чашечки скатываясь." - из стихотворения "Душистою веткою
машучи...".
     "Дождь  пробьет крыло дробинкой..." - из  стихотворения  "Меin Liеbсhеn
was du willst nосh mеhr?"
     "За ними в бегстве слепли следом..." - из стихотворения "Душная ночь".
     "Дождик кутал... " - из стихотворения "Елене".
     "Накрапывало.  Налегке..."   -  из   стихотворения  "Еще  более  душный
рассвет".
     "Грянул ливень всем плетнем..." - из стихотворения "Гроза  моментальная
навек".
     "Мареной и лимоном..." - из стихотворения "Давай ронять слова".
     "Дождь в мозгу..." - из стихотворения "Имелось"
     ". .в дождь  каждый лист... " - из  стихотворения "Конец". ". .во мрак,
за калитку." - из стихотворения "Зеркало".
     "И через дорогу за тын перейти..." - из стихотворения "Степь".
     "...Кому ничто  не  мелко" и  "...  Ты  спросишь, кто велит  ..  ."- из
стихотворения "Давай ронять слова...".
     "...Кому  ничто не  мелко"  и  ".. Ты  спросишь,  кто  велит..."  -  из
стихотворения "Давай ронять слова...".
     ".. Но мы умрем со спертостью..." - из стихотворения "Образец"
     "И  сады,  и  пруды,  и  ограды..."  -  из  стихотворения  "Определение
творчества".
     "Куда мне радость деть свою?..." - из стихотворения "Наша гроза "
     "...Будто в  этот  час пора..."  -  из  стихотворения "Мухи  Мучкапской
чайной".
     "Как  в неге  прояснялась мысль!..."  - из стихотворения  "Попытка душу
разлучить...".
     "Как   усыпительна  жизнь..."   -  из  стихотворения  "Как  усыпительна
жизнь!..".
     ". И только ветру связать..." - из стихотворения "Зеркало "
     ".. И вдруг пахнуло выпиской..." - из стихотворения " Дождь"                         

Самые популярные произведения

Стихи к сыну
«Мне нравится, что Вы больны не мной...»
«Леты слепотекущий всхлип...»
«А взойдешь - на краешке стола...»
Годы | Стиль | Автор
Библиотека русской поэзии
Все поэты