Стихи
«... И на этом сквозняке...»
«...А там мой мраморный двойник...»
«А тебе еще мало по-русски...»
Без названия
В лесу
«Веет ветер лебединый...»
«Вот и доспорился яростный спорщик...»
Вступление
Дорожная, или Голос из темноты
«За меня не будете в ответе...»
Застольная
«И в памяти черной пошарив, найдешь...»
«И город древен, как земля...»
«И отнять у них невозможно...»
«И слава лебедью плыла...»
«И яростным вином блудодеянья...»
Имя
К стихам
Любовная
«Мне, лишенной огня и воды...»
«Молитесь на ночь, чтобы вам...»
«На Казанском или на Волковом...»
«Не лирою влюбленного...»
«Недуг томит три месяца в постели...»
«Нет, это не я, это кто-то другой страдает...»
«Оставь, и я была как все...»
Отрывок
Памяти Александра Блока
«По аллее проводят лошадок...»
«Покинув рощи родины священной...»
«Пора забыть верблюжий этот гам...»
Почти в альбом
«Прав, что не взял меня с собой...»
«Пришли и сказали: «Умер твой брат»...»
«Пусть даже вылета мне нет...»
Распятие
«Семь тысяч и три километра...»
«Скучно мне оберегать...»
«Тихо льется тихий Дон...»
«Узнала я, как опадают лица...»
Учитель
«Щели в саду вырыты...»
«Я подымаю трубку - я называю имя...»
«Я с тобой, мой ангел, не лукавил...»
Стихи 1904 г.
Лилии
«Над черною бездной с тобою я шла...»
Стихи 1905 г.
«О, молчи! от волнующих страстных речей...»
Стихи 1906 г.
Париж
«Ты к морю пришел, где увидел меня...»
«Я умею любить...»
Стихи 1907 г.
«На руке его много блестящих колец...»
Стихи 1908 г.
«Улыбнулся, вставши на пороге...»
Стихи 1909 г.
«Герб небес изогнутый и древний...»
«Глаза безумные твои...»
Два стихотворения
Дифирамб
«И когда друг друга проклинали...»
Из завещания Васильки
«Молюсь оконному лучу...»
«Ночь моя - бред о тебе...»
«По валам старинных укреплений...»
«По полу лучи луны разлились...»
«То ли я с тобой осталась...»
«Хорони, хорони меня, ветер!..»
Читая «Гамлета»
Стихи 1910 г.
«Брат! Дождалась я светлого дня...»
«В комнате моей живет красивая...»
«Весенним солнцем это утро пьяно...»
«Если в небе луна не бродит...»
«Жарко веет ветер душный...»
«И скупо оно и богато...»
«И через все, и каждый миг...»
«Как вышедший из западных ворот...»
«Как долог праздник новогодний...»
Маскарад в парке
«На столике чай, печенья сдобные...»
«Не смущаюсь я речью обидною...»
Одиночество
Он любил...
Первое возвращение
«Поглядишь, как будто спросишь...»
Сероглазый король
«Синий вечер. Ветры кротко стихли...»
«Сладок запах синих виноградин...»
«Сочтенных дней осталось мало...»
Старый портрет
«Стояла долго я у врат тяжелых ада...»
«Тебе, Афродита, слагаю танец...»
«Ты смертною не можешь сделать душу...»
«Угадаешь ты ее не сразу...»
«Я написала слова...»
«Я не люблю цветы - они напоминают...»
«Я смертельна для тех, кто нежен и юн...»
Стихи 1911 г.
«...И там колеблется камыш...»
А.А.Смирнову
Алиса
Белой ночью
«В углу старик, похожий на барана...»
Вечерняя комната
«Высоко в небе облачко серело...»
«Дверь полуоткрыта...»
«И мальчик, что играет на волынке...»
Исповедь
«Как соломинкой, пьешь мою душу...»
«Любовь всех раньше станет смертным прахом...»
«Любовь покоряет обманно...»
«Меня покинул в новолунье...»
«Мне больше ног моих не надо...»
«Мне с тобою пьяным весело...»
«Муж хлестал меня узорчатым...»
Музе
«Мурка, не ходи, там сыч...»
Над водой
Надпись на неоконченном портрете
Отрывок
«Память о солнце в сердце слабеет...»
Песенка
Песня последней встречи
«Под навесом темной риги жарко...»
Подражание И.Ф. Анненскому
Похороны
Рыбак
Сад
«Сердце к сердцу не приковано...»
«Сжала руки под темной вуалью...»
«Словно тяжким огромным молотом...»
«Смуглый отрок бродил по аллеям...»
«Снова со мной ты. О мальчик-игрушка!..»
«Три раза пытать приходила...»
«Хочешь знать, как все это было?..»
«Целый день провела у окошка...»
«Шелестит о прошлом старый дуб...»
«Я живу, как кукушка в часах...»
«Я и плакала и каялась...»
«Я пришла сюда, бездельница...»
«Я сошла с ума, о мальчик странный...»
Стихи 1912 г.
«Безвольно пощады просят...»
Бессонница
«В ремешках пенал и книги были...»
Венеция
«Дал Ты мне молодость трудную...»
«Еще говорящую трубку...»
«Загорелись иглы венчика...»
«Здесь все то же, то же, что и прежде...»
«Как вплелась в мои темные косы...»
«Он длится без конца - янтарный, тяжкий день!..»
«Помолись о нищей, о потерянной...»
«Потускнел на небе синий лак...»
«Приходи на меня посмотреть...»
«Протертый коврик под иконой...»
«Сегодня мне письма не принесли...»
«Слаб голос мой, но воля не слабеет...»
«Стал мне реже сниться, слава Богу...»
«Твоя свирель над тихим миром пела...»
«Туманом легким парк наполнился...»
«Ты письмо мое, милый, не комкай...»
«Ты поверь, не змеиное острое жало...»
«Умирая, томлюсь о бессмертье...»
«Я научилась просто, мудро жить...»
«Я пришла тебя сменить, сестра...»
Стихи 1913 г.
«...И на ступеньки встретить...»
8 ноября 1913 года
9 декабря 1913
«Бисерным почерком пишете, Lise...»
«Вечерние часы перед столом...»
Вечером
«Вижу выцветший флаг над таможней...»
«Вместо мудрости - опытность, пресное...»
«Все мы бражники здесь, блудницы...»
«Высокие своды костела...»
Голос памяти
«Жрицами божественной бессмыслицы...»
«За узором дымных стекол...»
«Здравствуй! Легкий шелест слышишь...»
«Знаю, знаю - снова лыжи...»
«И жар по вечерам, и утром вялость...»
«Каждый день по-новому тревожен...»
«Как страшно изменилось тело...»
«Косноязычно славивший меня...»
«Мальчик сказал мне: «Как это больно!..»
«На шее мелких четок ряд...»
«Настоящую нежность не спутаешь...»
«Не будем пить из одного стакана...»
«Ничего не скажу, ничего не открою...»
«О тебе вспоминаю я редко...»
«О, это был прохладный день...»
Ответ
«Плотно сомкнуты губы сухие...»
«Покорно мне воображенье...»
Последнее письмо
«Проводила друга до передней...»
Прогулка
«Простишь ли мне эти ноябрьские дни?..»
«Родилась я ни поздно, ни рано...»
Смятение
«Со дня Купальницы-Аграфены...»
Стихи о Петербурге
«Столько просьб у любимой всегда!..»
«Твой белый дом и тихий сад оставлю...»
«То пятое время года...»
«Ты знаешь, я томлюсь в неволе...»
«Ты пришел меня утешить, милый...»
«У меня есть улыбка одна...»
«Цветов и неживых вещей...»
«Черная вилась дорога...»
Эпические мотивы
«Я видел поле после града...»
«Я с тобой не стану пить вино...»
«Я так молилась: «Утоли...»
Стихи 1914 г.
«...это тот, кто сам мне подал цитру...»
Александру Блоку
Белая ночь
Белый дом
«Бесшумно ходили по дому...»
«Божий Ангел, зимним утром...»
«Был блаженной моей колыбелью...»
«Был он ревнивым, тревожным и нежным...»
«В последний раз мы встретились тогда...»
«Вечерний звон у стен монастыря...»
«Где, высокая, твой цыганенок...»
Гость
«Древний город словно вымер...»
«За то, что я грех прославляла...»
Завещание
«Земная слава как дым...»
Июль 1914
«Как ты можешь смотреть на Неву...»
«Кому и когда говорила...»
«Лучше б мне частушки задорно выкликать...»
«Мне не надо счастья малого...»
Моей сестре
«Не в лесу мы, довольно аукать...»
«Не убил, не проклял, не предал...»
Ответ
«Отлетела от меня удача...»
Побег
«Подошла. Я волненья не выдал...»
«После ветра и мороза было...»
«Пустые белые святки...»
«Пустых небес прозрачное стекло...»
Разлука
«Спокоен ход простых суровых дней...»
«Справа Днепр, а слева клены...»
Тамаре Платоновне Карсавиной
«Ты мог бы мне снится и реже...»
«Ты первый, ставший у источника...»
«Тяжела ты, любовная память!..»
«Углем наметил на левом боку...»
Уединение
Утешение
«Цветы, холодные от рос...»
«Целый год ты со мной неразлучен...»
«Чернеет дорога приморского сада...»
«Я любимого нигде не встретила...»
«Я не любви твой прошу...»
«Я пришла к поэту в гости...»
Стихи 1915 г.
«Будем вместе, милый, вместе...»
«Будешь жить, не зная лиха...»
«Буду тихо на погосте...»
«В промежутках между грозами...»
«Ведь где-то есть простая жизнь и свет...»
«Вижу, вижу лунный лук...»
«Все мне видится Павловск холмистый...»
«Выбрала сама я долю...»
«Горят твои ладони...»
«Господь немилостив к жнецам и садоводам...»
«Долго шел через поля и села...»
«Думали: нищие мы, нету у нас ничего...»
«Есть в близости людей заветная черта...»
«Зачем притворяешься ты...»
«И в Киевском храме Премудрости Бога...»
«Из памяти твоей я выну этот день...»
«Как невеста, получаю...»
Колыбельная
Милому
Молитва
«Муза ушла по дороге...»
«Нам свежесть слов и чувства простоту...»
«Не тайны и не печали...»
«Не хулил меня, не славил...»
«Нет, царевич, я не та...»
«Перед весной бывают дни такие...»
«Под крышей промерзшей пустого жилья...»
Сон
«Столько раз я проклинала...»
«Так раненого журавля...»
«Тот август, как желтое пламя...»
«Ты мне не обещан ни жизнью, ни Богом...»
«Широк и желт вечерний свет...»
«Я не знаю, ты жив или умер...»
«Я улыбаться перестала...»
Стихи 1916 г.
«А! это снова ты. Не отроком влюбленным...»
«Бессмертник сух и розов. Облака...»
«Буду черные грядки холить...»
«В последний год, когда столица наша...»
«Вновь подарен мне дремотой...»
«Все обещало мне его...»
«Все отнято: и сила, и любовь...»
«Город сгинул, последнего дома...»
«Ждала его напрасно много лет...»
«Как белый камень в глубине колодца...»
«Как люблю, как любила глядеть я...»
«Когда в мрачнейшей из столиц...»
Любовь
Майский снег
«Небо мелкий дождик сеет...»
«Ни в лодке, ни в телеге...»
«О, есть неповторимые слова...»
«Они летят, они еще в дороге...»
Отрывок
Памяти 19 июля 1914
«Первый луч - благословенье Бога...»
Песенка
Песня о песне
«По неделе ни слова ни с кем не скажу...»
«Приду туда, и отлетит томленье...»
«Словно ангел, возмутивший воду...»
«Смеркается, и в небе темно-синем...»
«Судьба ли так моя переменилась...»
Царскосельская статуя
«Эта встреча никем не воспета...»
«Я знаю, ты моя награда...»
«Я окошка не завесила...»
Стихи 1917 г.
«А ты теперь тяжелый и унылый...»
«В городе райского ключаря...»
«В каждых сутках есть такой...»
«Высокомерьем дух твой помрачен...»
«Да, я любила их, те сборища ночные...»
«Двадцать первое. Ночь. Понедельник...»
«Еще весна таинственная млела...»
«И в тайную дружбу с высоким...»
«И вот одна осталась я...»
«И мнится - голос человека...»
«И целый день, своих пугаясь стонов...»
«Как площади эти обширны...»
«Когда в тоске самоубийства...»
«Когда о горькой гибели моей...»
«Мы не умеем прощаться...»
«Не оттого ль, уйдя от легкости проклятой...»
«О нет, я не тебя любила...»
«Пленник чужой! Мне чужого не надо...»
«По твердому гребню сугроба...»
«Почернел, искривился бревенчатый мост...»
«Просыпаться на рассвете...»
«С первым звуком, слетевшим с рояля...»
«Соблазна не было. Соблазн в тиши живет...»
«Сразу стало тихо в доме...»
«Там тень моя осталась и тоскует...»
«Теперь никто не станет слушать песен...»
«Теперь прощай, столица...»
«Течет река неспешно по долине...»
«Тот голос, с тишиной великой споря...»
«Ты - отступник: за остров зеленый...»
«Ты всегда таинственный и новый...»
«Это просто, это ясно...»
«Я слышу иволги всегда печальный голос...»
Стихи 1918 г.
«Для того ль тебя носила...»
Ночью
«От любви твоей загадочной...»
«Проплывают льдины, звеня...»
Стихи 1919 г.
«На разведенном мосту...»
Призрак
«Чем хуже этот век предшествующих? Разве...»
«Я горькая и старая. Морщины...»
«Я спросила у кукушки...»
Стихи 1920 г.
«Конечно, мне радости мало...»
Петроград, 1919
«Я в этой церкви слушала Канон...»
Стихи 1921 г.
«А Смоленская нынче именинница...»
«А, ты думал - я тоже такая...»
«Ангел, три года хранивший меня...»
Бежецк
«В тот давний год, когда зажглась любовь...»
«Все души милых на высоких звездах...»
«Все расхищено, предано, продано...»
«Долгим взглядом твоим истомленная...»
«Заплаканная осень, как вдова...»
«Земной отрадой сердца не томи...»
«Кое-как удалось разлучиться...»
«На пороге белом рая...»
«Нам встречи нет. Мы в разных станах...»
«Не бывать тебе в живых...»
«Не странно ли, что знали мы его?..»
«О, жизнь без завтрашнего дня!..»
«Пива светлого наварено...»
«Пока не свалюсь под забором...»
«Пророчишь, горькая, и руки уронила...»
«Пусть голоса органа снова грянут...»
«Путник милый, ты далече...»
Рахиль
Северные элегии
«Сказал, что у меня соперниц нет...»
«Сослужу тебе верную службу...»
«Страх, во тьме перебирая вещи...»
«Тебе покорной? Ты сошел с ума!..»
Царскосельские строки
«Чугунная ограда...»
«Широко распахнуты ворота...»
«Я гибель накликала милым...»
Стихи 1922 г.
«Вечер тот казни достоин...»
«Дьявол не выдал. Мне все удалось...»
«За озером луна остановилась...»
«Заболеть бы как следует, в жгучем бреду...»
«Здравствуй, Питер! Плохо, старый...»
«Как мог ты, сильный и свободный...»
Клевета
Многим
«Не с теми я, кто бросил землю...»
«Небывалая осень построила купол высокий...»
Предсказание
Причитание
Разлука
«Слух чудовищный бродит по городу...»
«Хорошо здесь: и шелест и хруст...»
«Хорошо поют синицы...»
«Что ты бродишь неприкаянный...»
«Шепчет: «Я не пожалею...»
Юдифь
Стихи 1923 г.
Новогодняя баллада
Стихи 1924 г.
Лотова жена
Муза
Художнику
Стихи 1925 г.
«И ты мне все простишь...»
«О, знала ль я, когда в одежде белой...»
Памяти Сергея Есенина
«Я именем твоим не оскверняю уст...»
Стихи 1926 г.
1925
«И неоплаканною тенью...»
Стихи 1927 г.
«Десять лет и год твоя подруга...»
Кавказское
«Как взглянуть теперь мне в эти очи...»
«Ты прости мне, что я плохо правлю...»
Стихи 1928 г.
«Если плещется лунная жуть...»
Стихи 1929 г.
«Тот город, мной любимый с детства...»
Стихи 1930 г.
«Ах! - где те острова...»
Ответ
«Уходи опять в ночные чащи...»
Стихи 1931 г.
Двустишие
Подражание армянскому
Стихи 1932 г.
«Нет, с гуртом гонимым по Ленинке...»
Стихи 1934 г.
Последний тост
«Привольем пахнет дикий мед...»
Стихи 1935 г.
«Зачем вы отравили воду...»
«Уводили тебя на рассвете...»
Стихи 1936 г.
Борис Пастернак
Воронеж
Данте
Заклинание
«Не прислал ли лебедя за мною...»
«Одни глядятся в ласковые взоры...»
«От тебя я сердце скрыла...»
Сказка о черном кольце
Творчество
Стихи 1937 г.
«...За ландышевый май...»
«За такую скоморошину...»
Немного географии
«Прикована к смутному времени...»
«Я знаю, с места не сдвинуться...»
Стихи 1938 г.
Памяти Бориса Пильняка
«Показать бы тебе, насмешнице...»
Стихи 1939 г.
К смерти
«Легкие летят недели...»
Приговор
«Семнадцать месяцев кричу...»
Стихи 1940 г.
Август 1940
«И вот, наперекор тому...»
«И снова мадам Рекамье хороша...»
Ива
Из цикла «Юность»
Клеопатра
«Когда человек умирает...»
Лондонцам
Маяковский в 1913 году
«Мне ни к чему одические рати...»
Надпись на книге
«Не недели, не месяцы - годы...»
«Но я предупреждаю вас...»
«Один идет прямым путем...»
«Опять поминальный приблизился час...»
Памяти М.А. Булгакова
Подвал памяти
Поздний ответ
Посвящение
Про стихи
«С Новым годом! С новым горем!..»
«Соседка из жалости - два квартала...»
Стансы
«Так отлетают темные души...»
Тень
Третий Зачатьевский
«Уж я ль не знала бессонницы...»
«Уложила сыночка кудрявого...»
Стихи 1941 г.
«Вражье знамя...»
«Жить - так на воле...»
«И осталось из всего земного...»
Клятва
«Копай, моя лопата...»
Ленинград в марте 1941 года
Надпись на книге «Подорожник»
Первый дальнобойный в Ленинграде
«Птицы смерти в зените стоят...»
«Пускай огонь сигнальный не горит...»
«То, что я делаю, способен делать каждый...»
Стихи 1942 г.
In memoriam
Nох. Статуя «Ночь» в Летнем саду
«А умирать поедем в Самарканд...»
В тифу
«Глаз не свожу с горизонта...»
«Если ты смерть - отчего же ты плачешь сама...»
«Заснуть огорченной...»
«И кружку пенили отцы...»
«И я все расскажу тебе...»
«Какая есть. Желаю вам другую...»
«Лежала тень на месяце двурогом...»
«Любо вам под половицей...»
«Многое еще, наверно, хочет...»
Мужество
На смоленском кладбище
«Не сраженная бледным страхом...»
«Постучись кулачком - я открою...»
«С грозных ли площадей Ленинграда...»
«Славно начато славное дело...»
Смерть
«Так вот он - тот осенний пейзаж...»
Стихи 1943 г.
«А в зеркале двойник бурбонский профиль прячет...»
«А в книгах я последнюю страницу...»
«А мы?..»
«Важно с девочками простились...»
«Все опять возвратится ко мне...»
Встреча
Гости
«Еще одно лирическое отступление...»
«Как в трапезной - скамейки, стол, окно...»
«Когда я называю по привычке...»
Памяти Вали
Под Коломной
Пушкин
Три осени
Хозяйка
Стихи 1944 г.
«... И со всех колоколен снова...»
27 января 1944 года
«De profundis... Мое поколение...»
Interieur
«Вспыхнул над молом первый маяк...»
«И в памяти, словно в узорной укладке...»
«И, как всегда бывает в дни разрыва...»
Из «Ташкентской тетради»
Измена
«Как ни стремилась к Пальмире я...»
«Лучше б я по самые плечи...»
«На сотни верст, на сотни миль...»
Надпись на поэме «Триптих»
«Наше священное ремесло...»
«От странной лирики, где каждый шаг - секрет...»
«Отстояли нас наши мальчишки...»
Победителям
Последнее возвращение
Послесловие к «Ленинградскому циклу»
Причитание
«Разве я стала совсем не та...»
Смерть
«Справа раскинулись пустыри...»
Стеклянный звонок
«Там по белым дурманным макам...»
«Ты, Азия, родина родин!..»
«Я не была здесь лет семьсот...»
Явление луны
Стихи 1945 г.
«...А человек, который для меня...»
В мае
«Есть три эпохи у воспоминаний...»
«И очертанья Фауста вдали...»
«Истлевают звуки в эфире...»
«Как у облака на краю...»
«Кого когда-то называли люди...»
«Меня, как реку...»
«Навстречу знаменам, навстречу полкам...»
«Нам есть чем гордиться и есть что беречь...»
«О, горе мне! Они тебя сожгли...»
«Опять подошли «незабвенные даты»...»
Освобожденная
Памяти друга
«Победа у наших стоит дверей...»
Предыстория
«Пусть грубой музыки обрушится волна...»
«Теперь я всех благодарю...»
«Что-то неладно со мною опять...»
«Это рысьи глаза твои, Азия...»
«Я не любила с давних дней...»
Стихи 1946 г.
«В каждом древе распятый Господь...»
Во сне
Вторая годовщина
«Дорогою ценой и нежданной...»
«Дострадать до огня над могилой...»
«Знаешь сам, что не стану славить...»
«И увидел месяц лукавый...»
Надпись на портрете
Наяву
«Не дышали мы сонными маками...»
«Со шпаной в канавке...»
«Я всем прощение дарую...»
Стихи 1948 г.
«Удивляйтесь, что была печальней...»
Стихи 1949 г.
1950
21 декабря 1949 года
«Где дремала пустыня - там ныне сады...»
«И Вождь орлиными очами...»
Клеветникам
Колыбельная
Москве
Падение Берлина
«Так в великой нашей Отчизне...»
Стихи 1950 г.
1 июня 1950
«Без крова, без хлеба, без дела...»
В пионерлагере
«Всех друзей моих благодарю...»
Говорят дети
Городу
«И не дослушаю впотьмах...»
«И от Царского до Ташкента...»
«И прекрасней мраков Рембрандта...»
Корея в огне
«Мне безмолвие стало домом...»
«Не то чтобы тебя ищу...»
Песня мира
Поджигателям
Покорение пустыни
Приморский парк Победы
«Прошло пять лет - и залечила раны...»
Р.С.Ф.С.Р.
Севморпуть
Слава миру!
«Снова ветер знойного июля...»
Стокгольмская хартия
«Там зори из легчайшего огня...»
Ташкент
Тост
«Ты не хотел меня такой...»
Стихи 1951 г.
Волга - Дон
«Пять строек великих, как пять маяков...»
Так будет!
Стихи 1952 г.
«Особенных претензий не имею...»
Стихи 1953 г.
«И сердце то уже не отзовется...»
Стихи 1954 г.
Отрывок
Стихи 1955 г.
О десятых годах
«Третью весну встречаю вдали...»
Стихи 1956 г.
«...Как! Только десять лет, ты шутишь, Боже мой...»
В разбитом зеркале
Другая песенка
Из Ленинградских элегий
Из Ленинградских элегий
Из цикла «Сожженная тетрадь»
«Меня влекут дороги Подмосковья...»
«Меня и этот голос не обманет...»
«Не повторяй - душа твоя богата...»
«Обыкновенным было это утро...»
Первая песенка
«По той дороге, где Донской...»
«Пою эту встречу, пою это чудо...»
«Пусть кто-то еще отдыхает на юге...»
Сон
«Ты выдумал меня. Такой на свете нет...»
Стихи 1957 г.
Август
«Забудут? - вот чем удивили!..»
«И мне доказательство верности этой...»
«И снова осень валит Тамерланом...»
«Этой ивы листы в девятнадцатом веке увяли...»
«Я над ними склонюсь как над чашей...»
Стихи 1958 г.
«...звон монет...»
«...накануне...»
«Горячего дня середина...»
«Завещать какой-то дикой скрипке...»
«Здесь все тебе принадлежит по праву...»
«И будешь ты из тех старух...»
«И возникает мой сонет...»
«И все пошли за мной, читатели мои...»
Лирические отступления Седьмой элегии
Музыка
«Не мудрено, что похоронным звоном...»
«Не с тобой мне есть угощенье...»
«Непогребенных всех - я хоронила их...»
«Одичалая и немая...»
«Он не друг и не враг и не демон...»
«От меня, как от той графини...»
«Под рукоплесканья клеветы...»
Подражание корейскому
При музыке
Приморский сонет
«Пусть кто-нибудь сюда придет...»
Рисунок на книге стихов
«Самый черный и душный самый...»
«Словно дальнему голосу внемлю...»
«Стеклянный воздух над костром...»
Стихи из ненаписанного романа
«Ты кто-то из прежней жизни...»
«Ты напрасно мне под ноги мечешь...»
Умеръ
«Я была тебе весной и песней...»
Стихи 1959 г.
«... и это грозило обоим...»
«...И черной музыки безумное лицо...»
«...Но в мире нет власти...»
24 мая
«Безымянная здесь могила...»
Бреды
«В скорбях, в страстях, под нестерпимым гнетом...»
«Вам жить, а мне не очень...»
«Все ушли, и никто не вернулся...»
«Зазвонили в Угличе рано...»
«И в недрах музыки я не нашла ответа...»
Из цикла «Ташкентские страницы»
«Как слепоглухонемая...»
«Когда уже к неведомой отчизне...»
Летний сад
Лишняя
Мартовские элегии
«Мне веселее ждать его...»
«На свиданье с белой ночью...»
Надпись на книге
Наследница
«Не давай мне ничего на память...»
«Не лги мне, не лги мне, не лги мне...»
«Не мешай мне жить - и так не сладко...»
«Не стращай меня грозной судьбой...»
«Неправда, не медный, неправда, не звон...»
«Но тебе я не дала кольца...»
«Нужен мне он или не нужен...»
Отрывок
Последнее стихотворение
Поэт
Скорость
«Скука, скую...»
«Там завтра мое улыбаясь сидело...»
Творчество
«Тебя прямо в музыку спрячу...»
«Ты любила меня и жалела...»
«Ты первый сдался - я молчала...»
«Хвалы эти мне не по чину...»
Четыре времени года
Читатель
«Что нам разлука? - Лихая забава...»
«Что ты можешь еще подарить?..»
«Это и не старо и не ново...»
«Это с тобой я встречала тогда...»
«Это скуки первый слой...»
«Я бросила тысячи звонниц...»
«Я давно не верю в телефоны...»
Стихи 1960 г.
«...горчайшей смерти чашу...»
«Вы меня, как убитого зверя...»
«И жесткие звуки влажнели, дробясь...»
«И клялись они Серпом и Молотом...»
«И луковки твоей не тронул золотой...»
«И меня по ошибке пленило...»
«И опять по самому краю...»
«И по собственному дому...»
«И это б могла, и то бы могла...»
«И юностью манит, и славу сулит...»
Из набросков
Из первой тетради
«Кто его сюда прислал...»
Мартовская элегия
«Моею Музой оказалась мука...»
Муза
«Ни вероломный муж, ни трепетный жених...»
«О, как меня любили ваши деды...»
«От этих антивстреч...»
Отрывок
Памяти Анты
Подражание Кафке
Самой поэме
Северные элегии
«Словно дочка слепого Эдипа...»
Смерть поэта
«Смирение! - не ошибись дверьми...»
«Там оперный еще томится Зибель...»
«Шутки - шутками, а сорок...»
Эхо
«Я у музыки прошу...»
Стихи 1961 г.
«... И теми стихами весь мир озарен...»
«А я говорю, вероятно, за многих...»
Александр у Фив
Бег времени
«Больничные молитвенные дни...»
«Всем обещаньям вопреки...»
«Если б все, кто помощи душевной...»
«И анютиных глазок стая...»
«И музыка тогда ко мне...»
«Как будто я все ведала заранее...»
«Как жизнь забывчива, как памятлива смерть...»
Конец демона
Мелхола
Нас четверо
«Не знаю, что меня вело...»
Петербург в 1913 году
Посвящение цикла
Родная земля
«Ромео не было...»
Слушая пение
«Слышишь, ветер поет блаженный...»
Смерть Софокла
Сожженная тетрадь
Сосны
«Так не зря мы вместе бедовали...»
«Угощу под заветнейшим кленом...»
«Хозяйка румяна, и ужин готов...»
Царскосельская ода
«Что таится в зеркале? - Горе...»
Стихи 1962 г.
«...полупрервана беседа...»
«Вот она, плодоносная осень!..»
«Все это было - твердая рука...»
Выход книги (Из цикла «Тайны ремесла»)
«Если бы тогда шальная пуля...»
Еще об этом лете
Защитникам Сталина
«И было сердцу ничего не надо...»
«И северная весть на севере застала...»
«Иеремия» Стравинского
«Как зеркало в тот день Нева лежала...»
«Не находка она, а утрата...»
«О своем я уже не заплачу...»
Последняя роза
Почти в альбом
«Поэт не человек, он только дух...»
Прощальная
«Путь мой предсказан одною из карт...»
Сонет-Эпилог
«Спасали всегда почему-то кого-то...»
Стихи из ненаписанного романа
«Так скучай обо мне поскучнее...»
«Там такие бродят души...»
«Твой месяц май...»
«Что у нас общего? Стрелка часов...»
«Это ты осторожно коснулся...»
Стихи 1963 г.
«... и умирать в сознаньи горделивом...»
«Быть может, презреннее всех на земле...»
«Быть страшно тобою хвалимой...»
В Зазеркалье
«Взоры огненней огня...»
«Врачуй мне душу, а не то...»
«Все в Москве пропитано стихами...»
«Все, - кого и не звали, - в Италии...»
Вступление
Еще тост
«За плечом, где горит семисвечник...»
«Запад клеветал и сам же верил...»
«Знай, тот, кто оставил меня на какой-то странице...»
Зов
«И было этим летом так отрадно...»
И последнее
«И я не имею претензий...»
«Из-под смертного свода кургана...»
«Кого просить, куда бежать...»
«Может быть, потом ненавидел...»
«Мы до того отравлены друг другом...»
«Не с такими еще разлучалась...»
«Но мы от этой нежности умрем...»
Ночное посещение
«Оставь нас с музыкой вдвоем...»
Первое предупреждение
«По самому жгучему лугу...»
Полночные стихи Вместо посвящения
«Превращая концы в начала...»
Предвесенняя элегия
При непосылке поэмы
Пятая роза
«Разлука призрачна - мы будем вместе скоро...»
Сонет
Сонет
«Стряслось небывалое, злое...»
«Так уж глаза опускали...»
«Тополевой пушинке...»
Тринадцать строчек
«Ты, верно, чей-то муж и ты любовник чей-то...»
«Хулимые, хвалимые...»
Через 23 года
Через много лет. Последнее слово
«Чтоб я не предавалась суесловью...»
«Чьи нас душили кровавые пальцы?»
«Шелестит, опадая орешник...»
«Я выбрала тех, с кем хотела молчать...»
«Я играю в ту самую игру...»
«Я не сойду с ума и даже не умру...»
Стихи 1964 г.
«... и той, что танцует лихо...»
«Беспамятна лишь жизнь, - такой не назовем...»
В Выборге
В сочельник (24 декабря 1964) Последний день в Риме
Запретная роза
«Земля хотя и не родная...»
«И это станет для людей...»
Из «дневника путешествия»
Из Седьмой Северной элегии
К музыке
«Мы не встречаться больше научились...»
«Напрягаю голос и слух...»
«Нет, ни в шахматы, ни в теннис...»
«Но кто подумать мог, что шестьдесят четвертый...»
Памяти В.С. Срезневской
Письмо
Последняя
«Пусть так теряют смысл слова...»
Романс
«Смерть одна на двоих. Довольно!..»
«Я еще сегодня дома...»
«Я там иду, где ничего не надо...»
Стихи 1965 г.
«...что с кровью рифмуется...»
«Для суда и для стражи незрима...»
«И любишь ты всю жизнь меня, меня одну...»
«И никогда здесь не наступит утро...»
«И странный спутник был мне послан адом...»
Из цикла «В пути»
«Кто тебя мучил такого...»
Музыка
«Музыка могла б мне дать...»
Музыке
Мэчэлли
«На стеклах нарастает лед...»
«Не в таинственную беседку...»
«Не напрасно я носила...»
«Пускай австралийка меж нами незримая сядет...»
«То лестью новогоднего сонета...»
Стихи 1966 г.
«А как музыка зазвучала...»
«Сама Нужда смирилась наконец...»
«Что там клокотало за дверью стеклянной...»

Анна Ахматова

Поэма без героя Триптих Ленинград – Ташкент – Москва 1956

Третья редакция

Deus conservat omnia

Девиз в гербе на воротах дома,
в котором я жила, когда писала поэму.


Вместо предисловия

      Она пришла ко мне в ночь на 27 Декабря 1940 г., прислав, как вестника, еще осенью один небольшой отрывок (про актерку).
      Я не звала ее. Я даже не ждала ее в тот холодный и темный день моей последней ленинградской зимы.
      Ее появлению предшествовало несколько мелких и незначительных фактов, которые я не решаюсь назвать событиями («Бес попутал в укладке рыться»),
      В ту ночь я написала два куска первой части («1913») и «Посвящение». В начале января я почти неожиданно для себя написала «Решку», а в Ташкенте (в два приема) - «Эпилог», ставший третьей частью поэмы, и сделала несколько существенных вставок в обе первые части .
      Я посвящаю поэму памяти ее первых слушателей - моих друзей и сограждан, погибших в Ленинграде во время осады.
      Их голоса я слышу и вспоминаю их отзывы теперь, когда читаю поэму вслух, и этот тайный хор стал для меня навсегда оправданием этой вещи.
      Все это ни в какой мере не отменяет первоначальные (неуказанные) посвящения, которые продолжают жить в ней своей жизнью.

      8 Апреля 1943 года
      Ташкент


      До меня часто доходят слухи о превратных и нелепых толкованиях «Поэмы без героя». И кто-то даже советует мне сделать поэму более понятной.
      Я воздержусь от этого.
      Никаких третьих, седьмых и двадцать девятых смыслов поэма не содержит.
      Ни изменять, ни объяснять ее я не буду.I
      «Еже писахъ - писахъ».

      Ноябрь 1944
      Ленинград


Первое посвящение

Памяти Вс. Кн–ва
... а так как мне бумаги не хватило,
я на твоем пишу черновике.
И вот чужое слово проступает
и, как тогда снежинка на руке,
доверчиво и без упрека тает.
И темные ресницы Антиноя
вдруг поднялись – и там зеленый дым,
и ветерком повеяло родным...
Не море ли?
            Нет, это только хвоя
могильная, и в накипаньи пен
все ближе, ближе...
            Marche funebre...
                                Шопен...

26 декабря 1940 г.
(ночь)
Фонтанный Дом

Второе посвящение

О А. Глебовой–Судейкиной

Ты ли, Путаница–Психея,
    Черно–белым веером вея,
        Наклоняешься надо мной.
Хочешь мне сказать по секрету,
    Что уже миновала Лету
        И иною дышишь весной.
Не диктуй мне, сама я слышу:
    Теплый ливень уперся в крышу,
        Шепоточек слышу в плюще.
Кто–то маленький жить собрался,
    Зеленел, пушился, старался
        Завтра в новом блеснуть плаще.
Сплю –
        она одна надо мною.
    Ту, что люди зовут весною,
        Одиночеством я зову.
Сплю –
        мне снится молодость наша,
    Та, ЕГО миновавшая чаша,
        Я ее тебе наяву,
Если хочешь, отдам на память,
    Словно в глине чистое пламя
        Иль подснежник в могильном рву.

25 мая 1945 г.
Шереметевский Дом


Часть первая
Тысяча девятьсот тринадцатый год
Петербургская повесть

Di rider finirai Pria dell' aurora. Don Ciouanni Вступление Из года сорокового, Как с башни на все гляжу. Как будто прощаюсь снова С тем, с чем давно простилась, Как будто перекрестилась И под темные своды схожу. 1941 год – Август (Осажденный Ленинград)
I

In my hot youth – when George The Third was King. Byron Новогодний вечер. К. автору, вместо того, кого ждали, приходят тени прошлого – под видом ряженых. (Лирическое отступление). Маскарад. Поэт. Призрак. Я зажгла заветные свечи, Чтобы этот светился вечер, И вдвоем с ко мне не пришедшим Сорок первый встречаю год. Но... Господняя сила с нами! В хрустале утонуло пламя, «И вино, как отрава, жжет»-) Это всплески жестокой беседы, Когда все воскресают бреды, А часы все еще не бьют... Нету меры моей тревоге, Я, как тень, стою на пороге, Стерегу последний уют. И я слышу звонок протяжный, И я чувствую холод влажный, Каменею, стыну, горю... И, как будто припомнив что–то, Повернувшись вполоборота, Тихим голосом говорю: «Вы ошиблись: Венеция дожей – Это рядом... Но маски в прихожей, И плащи, и жезлы, и венцы Вам придется сегодня оставить. Вас я вздумала нынче прославить, Новогодние сорванцы! Этот Фаустом, тот Дон Жуаном, А какой–то еще с тимпаном Козлоногую приволок. И для них расступились стены, Вспыхнул свет, завыли сирены, И, как купол, вспух потолок. Что мне Гамлетовы подвязки! Что мне поступь Железной Маски! Я сама пожелезней тех... И чья очередь испугаться, Отшатнуться, отпрянуть, сдаться И замаливать давний грех?! Ясно все: Не ко мне, так к кому же!--) Не для них здесь готовился ужин, И не им со мной по пути, Прячет что–то под фалдой фрака Тот, кто хром и любезен. Однако, Я надеюсь. Владыку Мрака Вы не смели сюда ввести? -) Отчего мои пальцы словно в крови И вино, как отрава, жжет («Новогодняя баллада»). --) Три «к» выражают замешательство автора. * * * Веселиться – так веселиться! Только как же могло случиться, Что одна я из всех жива! Завтра утро меня разбудит, И в лицо мне смеяться будет Заоконная синева. Но мне страшно: войду сама я, Шаль турецкую не снимая, Улыбнусь всем и замолчу. С той, какою была когда–то, До долины Иосафата-) Снова встретиться не хочу. -) Долина Иосафата – предполагаемое место Страшного Суда. * * * Я забыла ваши уроки, Краснобаи и лжепророки, Но меня не забыли вы. Как в прошедшем грядущее зреет, Так в грядущем прошлое тлеет – Страшный праздник мертвой листвы. * * * (Звук шагов, тех, которых нету, К По сияющему паркету, И сигары синий дымок. У И во всех зеркалах отразился Человек, что не появился Р И проникнуть сюда не мог. Он не лучше других и не хуже, С Но не веет Летейской стужей, И в руке его теплота. И Гость из Будущего – неужели Он придет ко мне в самом деле, В Повернув налево с моста?..) С детства ряженых я боялась: Мне всегда почему–то казалось, Что какая–то лишняя тень Среди них без лица и названья Затесалась... Откроем собранье В новогодний торжественный день! Ту полночную Гофманиану Разглашать я по свету не стану И других бы просила... Постой, Ты как будто не значишься в списках, В калиострах, магах, лизискахII, Полосатой наряжен верстой, Размалеванный пестро и грубо – Ты... ровесник Мамврийского дуба, Вековой собеседник луны. Не обманут притворные стоны, Ты железные пишешь законы, Хаммураби, ликурги, солоны У тебя поучиться должны. Существо это странного нрава. Он не ждет, чтоб подагра и слава Впопыхах усадили его В юбилейные пышные кресла, А несет по цветущему вереску, По пустыням свое торжество. И ни в чем не повинен: ни в этом, Ни в другом и ни в третьем... Поэтам Вообще не пристали грехи. Проплясать пред Ковчегом Завета Или сгинуть... Да что там! Про это Лучше их рассказали стихи. Крик петуший нам только снится, Ночь бездонна и длится, длится, – Петербургская чертовня. В узких окнах звезды не видно, И удушлива, пряна, бесстыдна Маскарадная болтовняIII. Крик: «Героя на авансцену!» Не волнуйтесь, дылде на смену Непременно выйдет сейчас И споет о священной мести... Что ж вы все убегаете вместе, Словно каждый нашел по невесте, Оставляя с глазу на глаз Меня в сумраке с этой рамой, Из которой глядит тот самый, До сих пор не оплаканный час? К (ЭТО ВСЕ НАПЛЫВАЕТ НЕ СРАЗУ. У КАК ОДНУ МУЗЫКАЛЬНУЮ ФРАЗУ. Р СЛЫШУ НЕСКОЛЬКО СБИВЧИВЫХ СЛОВ... С ПОСЛЕ - ЛЕСТНИЦЫ ПЛОСКОЙ СТУПЕНИ, И ВСПЫШКИ ГАЗА И В ОТДАЛЕНЬИ В ЯСНЫЙ ГОЛОС: Я К СМЕРТИ ГОТОВ.) Смерти нет – это всем известно, Повторять это стало пресно, А что есть – пусть расскажут мне. Кто стучится?! Ведь всех впустили Это гость зазеркальный, Или То, что вдруг мелькнуло в окне. * * * Шутки месяца молодого, Или вправду там кто–то снова Между печкой и шкафом стоит? Бледен лоб, и глаза закрыты... Значит, хрупки могильные плиты, Значит, мягче воска гранит... Вздор, вздор, вздор! – От такого вздора Я седою сделаюсь скоро Или стану совсем другой. Что ты манишь меня рукой?! ЗА ОДНУ МИНУТУ ПОКОЯ Я ПОСМЕРТНЫЙ ОТДАМ ПОКОЙ.
II

Иль того ты видишь у своих колен, Кто для белой смерти твой покинул плен? («Голос памяти», 1913 г.) С портрета сходит героиня в костюме Путаницы. Автор говорит с ней и о ней. Полночь. Распахнулась атласная шубка! «Не сердись на меня, голубка, Что коснусь я этого кубка: Не тебя, а себя казню. Все равно подходит расплата: Видишь, там, за вьюгой крупчатой, Мейерхольдовы арапчата Затевают опять возню? А вокруг старый город Питер, (Что народу бока повытер, Как тогда народ говорил). В гривах, в сбруях, в мучных обозах, В размалеванных чайных розах И под тучей вороньих крыл. Но летит, улыбаясь мнимо, Осиянна, неповторима Над Маринскою сценой prima –) | –) Анна Павлова. И острит опоздавший сноб. Звук оркестра – как с того света, – Не предчувствием ли рассвета По рядам пробежал озноб? И опять тот голос знакомый –) | –) Шаляпин. Будто эхо горного грома, – Наша слава и торжество! Он сердца наполняет дрожью И несется по бездорожью Над страной, родившей его. Сучья в иссиня–белом снеге; Коридор Петровских Коллегий Бесконечен, гулок и прям (Что угодно может случиться, Но он будет упрямо сниться Тем, кто нынче проходит там.) До смешного близка развязка; Вкруг костров кучерская пляска, Над дворцом черно–желтый стяг... Все уже на местах – кто надо; Пятым актом из Летнего сада Пахнет... Пьяный поет моряк. Как парадно звенят полозья И волочится полость козья... Мимо, тени! – Он там один. На стене его твердый профиль. Гавриил или Мефистофель Твой, красавица, паладин? Демон сам с улыбкой Тамары, Но такие таятся чары В этом страшном дымном лице: Плоть, почти что ставшая духом, И античный локон над ухом – Все таинственно в пришлеце. Это он в переполненном зале Слал ту черную розу в бокале. Или все это было сном? С мертвым сердцем и с мертвым взором Он ли встретился с Командором, В тот пробравшись проклятый дом? И его поведано словом, Как вы были в пространстве новом. Как вне времени были вы, – И в каких хрусталях полярных, И в каких сияньях янтарных Там, у устья Леты – Невы –). | –) Блок. Ты сбежала сюда с портрета, И пустая рама до света На стене тебя будет ждать. Так плясать тебе – без партнера! Я же роль античного хора На себя согласна принять. К (На щеках твоих алые пятна: У Шла бы ты в полотно обратно; Р Ведь сегодня такая ночь, С Когда нужно платить по счету... И А дурманящую дремоту В Мне трудней, чем смерть, превозмочь.) * * * Ты в Россию пришла ниоткуда. О мое белокурое чудо, Коломбина десятых годов! Что глядишь ты так смутно и зорко, Петербургская кукла, актерка. Ты – один из моих двойников. К прочим титулам надо и этот Приписать. О подруга поэтов. Я наследница славы твоей. Здесь под музыку дивного мэтра, Ленинградского дикого ветра, Вижу танец придворных костей. Оплывают венчальные свечи, Под фатой «поцелуйные плечи». Храм гремит: «Голубица, гряди!» Горы пармских фиалок в апреле – И свиданье в Мальтийской Капелле, Как проклятье в твоей груди. И мне странно теперь. Неужели Ты когда–то жила в самом деле И топтала торцы площадей Ослепительной ножкой твоей? * * * Дом пестрей комедьянтской фуры – Облупившиеся амуры Охраняют Венерин алтарь. Спальню ты убрала как беседку, Деревенскую девку–соседку Не узнает веселый скобарьIV. И подсвечники золотые, И на стенах лазурных святые – Полукрадено это добро... Вся в цветах, как «Весна» Боттичелли, Ты друзей принимала в постели, И томился драгунский Пьеро. – Всех влюбленных в тебя суеверней Здесь, с улыбкой жертвы вечерней И бледней, чем святой Себастьян, Весь смутившись глядит сквозь слезы. Как тебе протянули розы, Как соперник его румян. Твоего я не видела мужа, Я, к стеклу приникшая стужа... Вот он, бой крепостных часов. Ты не бойся – дома не мечу. Выходи ко мне смело навстречу – Гороскоп твой давно готов...
III

Любовь прошла, и стали ясны И близки смертные черты. Вс. Князев (1913) То был последний год... М. Лозинский Петербург в 1913 году. Лирическое отступление: Воспоминание в Царском Селе. Развязка. Были святки кострами согреты, И валились с мостов кареты, И весь траурный город плыл По неведомому назначенью, По Неве иль против теченья, – Только прочь от своих могил. На Галерной чернела арка, В Летнем тонко пела флюгарка, И серебряный месяц ярко Над серебряным веком стыл. Оттого, что по всем дорогам, Оттого, что ко всем порогам Приближалась медленно тень. – Ветер рвал со стены афиши, Дым плясал вприсядку на крыше, И кладбищем пахла сирень. И царицей Авдотьей заклятый. Достоевский и бесноватый. Город в свой уходил туман – И выглядывал вновь из мрака... Старый питерщик и гуляка! Как пред казнью бил барабан. И всегда в духоте морозной, Предвоенной, блудной и грозной, Непонятный таился гул... Но тогда он был слышен глухо, Он почти не касался слуха И в сугробах невских тонул. Словно в зеркале страшной ночи И беснуется и не хочет Узнавать себя человек, А по набережной легендарной Приближается не календарный, – Настоящий Двадцатый Век. * * * К (А сейчас бы домой скорее, Камероновой Галереей У В ледяной таинственный сад, Где безмолвствуют водопады, Р Где все д e в я m ь-) мне будут рады, | –) Музы Как бывал ты когда-то рад. С Там, за островом, там, за садом, Разве мы не встретимся взглядом И Наших прежних ясных очей? Разве ты мне не скажешь снова В Победившее смерть слово И разгадку жизни моей?) Кто застыл у померкших окон, На чьем сердце палевый локон, У кого пред глазами тьма? – Помогите, еще не поздно! Никогда ты такой морозной И чужою, ночь, не была. Ветер, полный балтийской соли, Бал мятелей на Марсовом Поле. И невидимых звон копыт... И безмерная в том тревога. Кому жить осталось немного И кто будет навек забыт. Он за полночь под окнами бродит, На него беспощадно наводит Тусклый луч угловой фонарь, – И он видел, как стройная маска На обратном «Пути из Дамаска» Возвратилась домой... не одна! На площадке пахнет духами, И драгунский корнет со стихами И с бессмысленной смертью в груди Позвонит, если смелости хватит... Он мгновенье последнее тратит, Чтобы славить тебя. Гляди: Не в проклятых Мазурских болотах, Не на синих Карпатских высотах, Он – на твой порог. Поперек... Да простит тебе Бог! К (Столько гибелей шло к поэту. У Глупый мальчик: он выбрал эту. Р Первых он не стерпел обид, С Он не знал, на каком пороге И Он стоит и какой дороги В Перед ним откроется вид.) * * * Это я – твоя старая совесть, разыскала сожженную повесть и на край подоконника в доме покойника. положила – и на цыпочках ушла. Послесловие Все в порядке: лежит поэма И, как свойственно ей, молчит. Ну, а вдруг как вырвется тема, Кулаком в окно застучит, – И на зов этот издалека Вдруг откликнется страшный звук Клокотание, стон и клекот, И виденье скрещенных рук?..
Часть вторая
Intermezzo
(Решка)

...Я воды Леты пью, Мне доктором запрещена унылость. Пушкин ...Жасминный куст, Где Данте шел, и воздух пуст. H. К.
Место действия – Фонтанный Дом. Время – январь 1941. Автор говорит о поэме «1913 год» и о многом другом – в частности, о романтической поэме начала XIX в (которую он называет Столетней чаровницей). Автор ошибочно полагал, что дух этой поэмы ожил в его Петербургской повести.
I

Мой редактор был недоволен,
Клялся мне, что занят и болен,
Засекретил свой телефон.
Бормотал: «Там три темы сразу!
Дочитав последнюю фразу,
Не поймешь, кто в кого влюблен,

II

Кто, когда и зачем встречался,
Кто погиб, и кто жив остался,
И кто автор, и кто герой, –
И к чему нам сегодня эти
Рассуждения о поэте
И каких–то призраков рой».

III

Я ответила: «Там их трое –
Был один наряжен верстою,
А другой как демон одет, –
Чтоб они столетьям достались,
Их стихи за них постарались...
Третий прожил лишь двадцать лет,

IV

И мне жалко его». И снова
Выпадало за словом слово,
Музыкальный ящик гремел,
И над тем надбитым флаконом
Языком кривым и зеленым
Яд неведомый пламенел.

V

А во сне все казалось, что это
Я пишу для кого–то либретто,
И отбоя от музыки нет.
А ведь сон – это тоже вещица,
Soft embalmerV. Синяя Птица.
Эльсинорских террас парапет.

VI

И сама я была не рада,
Этой адской арлекинады
Издалека заслышав вой.
Все надеялась я, что мимо
Пронесется, как хлопья дыма,
Сквозь таинственный сумрак хвои.

VII

Не отбиться от рухляди пестрой.
Это старый чудит Калиостро –
Сам изящнейший сатана,
Кто над мертвым со мной не плачет,
Кто не знает, что совесть значит
И зачем существует она.

VIII

Карнавальной полночью римской
И не пахнет. Напев Херувимской
У ампирных церквей дрожит.
В дверь мою никто не стучится,
Только зеркало зеркалу снится,
Тишина тишину сторожит.

IX

И со мною моя «Седьмая»,
Полумертвая и немая,
Рот ее сведен и открыт,
Словно рот трагической маски,
Но он черной замазан краской
И сухой землей набит.

X

………………………………
И проходят десятилетья:
Пытки, ссылки и казни – петь я,
Вы же видите, не могу.

XI

И особенно, если снится
То, что с нами должно случиться:
Смерть повсюду – город в огне,
И Ташкент в цвету подвенечном..
Скоро там о верном и вечном
Ветр Азийский расскажет мне.

XII
……………………………………


<ХIII>

Я ль растаю в казенном гимне?
Не дари, не дари, не дари мне
Диадему с мертвого лба.
Скоро мне нужна будет лира,
Но Софокла уже, не Шекспира,
На пороге стоит – Судьба.



И была для меня та тема,
Как раздавленная хризантема
На полу, когда гроб несут.
Между «помнить» и «вспомнить», други,
Расстояние, как от Луги
До страны атласных баутVI.

XV

Бес попутал в укладке рыться...
Ну, а все же может случиться,
Что во всем виновата я.
Я – тишайшая, я – простая,
«Подорожник», «Белая стая»...
Оправдаться... но как, друзья?

XVI

Так и знай: обвинят в плагиате..
Разве я других виноватей?
Впрочем, это мне все равно.
Я согласна на неудачу
И смущенье свое не прячу...
У шкатулки ж двойное дно.

XVII

И сознаюсь, что применила
Симпатические чернила...
Я зеркальным письмом пишу,
И другой мне дороги нету –
Чудом я набрела на эту,
И расстаться с ней не спешу.

XVIII

А столетняя чаровница
Вдруг очнулась и веселиться
Захотела. Я ни при чем.
Кружевной роняет платочек,
Томно щурится из–за строчек
И брюлловским манит плечом.

XIX

Я пила ее в капле каждой
И, бесовскою черной жаждой
Одержима, не знала, как
Мне разделаться с бесноватой:
Я грозила ей Звездной Палатой
И гнала на родной чердак –

XX

В темноту, под Манфредовы ели,
И на берег, где мертвый Шелли,
Прямо в небо глядя, лежал, –
И все жаворонки всего мираVII
Разрывали бездну эфира,
И факел Георг держалVIII.

XXI

Но она твердила упрямо:
«Я не та английская дама
И совсем не Клара Газуль,
Вовсе нет у меня родословной,
Кроме солнечной и баснословной,
И привел меня сам июль.

XXII

А твоей двусмысленной славе,
Двадцать лет лежавшей в канаве,
Я еще не так послужу,
Мы с тобой еще попируем,
И я царским моим поцелуем
Злую полночь твою награжу».

3–5 января 1942 года
Фонтанный Дом




Часть третья
Эпилог

Люблю тебя, Петра творенье. «Медный всадник»
Моему городу

Так под кровлей Фонтанного Дома, Где вечерняя бродит истома С фонарем и связкой ключей, – Я аукалась с дальним эхом, Неуместным смущая смехом Непробудную сонь вещей; Где, свидетель всего на свете, На закате и на рассвете Смотрит в комнату старый клен И, предвидя нашу разлуку, Мне иссохшую черную руку, Как за помощью, тянет он. А земля под ногой гудела, И такая звезда –) глядела | –) Марс В мой еще не брошенный дом, И ждала условного звука... Это где–то там – у Тобрука, Это где–то здесь – за углом. (Ты не первый и не последний Темный слушатель светлых бредней, Мне какую готовишь месть? Ты не выпьешь, только пригубишь Эту горечь из самой глуби – Это вечной разлуки весть. Не клади мне руку на темя – Пусть теперь остановится время На тобою данных часах. Нас несчастие не минует, И кукушка не закукует В опаленных наших лесах...) А за проволокой колючей, В самом сердце тайги дремучей – Я не знаю, который год – Ставший горстью лагерной пыли, Ставший сказкой из страшной были, Мой двойник на допрос идет. А потом он идет с допроса, Двум посланцам Девки безносой Суждено охранять его. И я слышу даже отсюда, – Неужели это не чудо! – Звуки голоса своего: За тебя я заплатила Чистоганом, Ровно десять лет ходила Под наганом. Ни налево, ни направо Не глядела, А за мной худая слава Шелестела. А не ставший моей могилой, Ты, гранитный, кромешный, милый, Побледнел, помертвел, затих. Разлучение наше мнимо: Я с тобою неразлучима. Тень моя на стенах твоих, Отраженье мое в каналах, Звук шагов в Эрмитажных залах, Где со мною мой друг бродил, И на старом Волковом Поле, Где могу я рыдать на воле Над безмолвьем братских могил. Всё, что сказано в первой части О любви, измене и страсти, Обратилось сегодня в прах. И стоит мой Город зашитый... Тяжелы надгробные плиты На бессонных твоих очах. Мне казалось, за мной ты гнался, Ты, что там погибать остался В блеске шпилей, в отблеске вод. Не дождался желанных вестниц... Над тобой – лишь твоих прелестниц, Белых ноченек хоровод... А веселое слово – дома – Никому теперь не знакомо, Все в чужое глядят окно. Кто в Ташкенте, кто в Нью–Йорке, И изгнания воздух горький – Как отравленное вино. Все вы мной любоваться могли бы, Когда в брюхе летучей рыбы Я от злой погони спаслась И над Ладогой и над лесом, Словно та, одержимая бесом, Как на Брокен ночной неслась. (А за мною, тайной сверкая И назвавши себя «Седьмая», На неслыханный мчалась пир, Притворившись нотной тетрадкой, Знаменитая ленинградка Возвращалась в родной эфир). ……………………………… И уже предо мною прямо Леденела и стыла Кама. И «Quo vadis?»Х – кто–то сказал Но не дал шевельнуть устами, Как тоннелями и мостами Загремел сумасшедший Урал. И открылась мне та дорога, По которой ушло так много, По которой сына везли, И был долог путь погребальный Средь торжественной и хрустальной Тишины Сибирской земли. От того, что сделалось прахом, Не сраженная смертным страхом И отмщения зная срок, Опустивши глаза сухие И сжимая уста, Россия В это время шла на Восток. И самой же себе навстречу Непреклонно в грозную сечу, Как из зеркала наяву, Ураганом – с Урала, с Алтая, Долгу верная, молодая, Шла Россия спасать Москву. Окончено в Ташкенте, 18 августа 1942 года.
Примечания

I Из письма к N.N.
      …и Вы, зная обстановку моей тогдашней жизни, можете судить об этом лучше многих.
      Осенью 1940, разбирая мой старый (впоследствии погибший во время осады) архив, я наткнулась на давно бывшие у меня письма и стихи, прежде не читанные мной, («Бес попутал в укладке рыться»). Они относились к трагическому событию 1913 г., о котором повествуется в «Поэме без героя».
      Тогда я написала стихотворный отрывок – «Ты в Россию пришла ниоткуда...» в связи с стихотворением «Современница». Вы даже, может быть, еще помните, как я читала Вам оба эти стихотворения в Фонтанном Доме в присутствии старого шереметевского клена («А свидетель всего на свете...»).
      В бессонную ночь 26–27 декабря этот стихотворный отрывок стал неожиданно расти и превращаться в первый набросок «Поэмы без героя» –). История дальнейшего роста поэмы кое–как изложена в бормотании под заглавием «Вместо предисловия».
      Вы не можете себе представить, сколько диких, нелепых и смешных толков породила эта «Петербургская повесть». Строже всего, как это ни странно, ее судили мои современники и их обвинения сформулировал в Ташкенте X., когда сказал, что я свожу какие–то старые счеты с эпохой (10–ые годы) и с людьми, которых или уже нет, или которые не могут мне ответить. Тем же, кто не знает этих счетов, поэма будет непонятна и неинтересна.
      Другие (в особенности женщины) считали, что «Поэма без героя» – измена какому–то прежнему «идеалу» и, что еще хуже, разоблачение моих давних стихов («Четки»), которые они «так любят».

–) Его я читала на моем вечере в Союзе Писателей в марте 1941.

      Так в первый раз в жизни я встретила вместо потока патоки, иногда превращающего поэта в идиота, искреннее негодование читателей и это, естественно, вдохновило меня...–) ............................................ и я совсем перестала писать стихи... и все же в течение пятнадцати лет эта поэма неожиданно, как припадки какой–то неизлечимой болезни, вновь настигала меня и я не могла от нее оторваться, дополняя и исправляя, по–видимому оконченную вещь.

Я пила ее в капле каждой
И, бесовскою черной жаждой
Одержима, не знала как
Мне разделаться с бесноватой...

      И не удивительно, что У., как Вам известно, сказала мне: «Ну, вы пропали, она вас никогда не отпустит».
      Но... я замечаю, что письмо мое длиннее, чем ему следует быть, а мне еще надо...

1955. 27 мая Москва.

–) Кусок письма кем–то сожжен.

II Лизиска – псевдоним императрицы Мессалины в римских притонах.
III По совершенно непроверенным слухам, в рукописи за этим стихом шла следующая строфа:

«Уверяю, это не ново...»
«Вы дитя, синьор Казанова...»
    «На Исакьевской ровно в шесть...
        Как–нибудь побредем по мраку,
Мы отсюда еще в «Собаку»...
        Вы отсюда куда? –
                «Бог весть!»

    Еще менее достоверно: 

Всех наряднее и всех выше,
Хоть не видит она и не слышит –
Голова герцогини Ламбаль...
А смиренница – голубица
Гулит, синие вскинув ресницы:
«Que me vent mon Prince Camaval?!»
 
lV Скобарь – обидное прозванье псковичей. 
V Soft embalmer – см. Сонет Китса «То the Sleep» («К сну») 
VI Баута – венецианская полумаска с накидкой. 
VII Жаворонки – см. знаменитое стихотворение Шелли «То the Skylark» («К жаворонку») 
VIII Георг – лорд Байрон. 
IX Седьмая – Ленинградская симфония Шостаковича. Автор вывез на самолете из осажденного города Первую часть 
этой симфонии (29 сентября 1941 г.) 
X «Quo vadis?» – куда идешь? 

Самые популярные произведения

Родная земля
Стихи о Петербурге
Стихи из ненаписанного романа
«И луковки твоей не тронул золотой...»
Анна Ахматова
Анна Ахматова
[11 июня 1889 - 5 марта 1966]
Помогите библиотеке
Помощь библиотеке
Поэмы
1913 год, или Поэма без героя и решка
1913 год, или Поэма без героя Триптих (1940-1945)
Поэма без героя Триптих (1940-1962)
Поэма без героя Триптих Ленинград – Ташкент – Москва 1956
Путем всея земли
Реквием
У самого моря
Пьесы
Энума элиш Пролог, или сон во сне
Миниатюры и эпиграммы
Эпиграмма
Эпиграмма
Переводы
Переводы c грузинского языка
Переводы из индийской поэзии
Переводы из китайской поэзии
Переводы из корейской классической поэзии
Переводы из словацкой поэзии
Переводы из югославской поэзии
Переводы с армянского языка
Переводы с белорусского языка
Переводы с болгарского языка
Переводы с греческого языка
Переводы с идиш
Переводы с итальянского языка
Переводы с кабардинского языка
Переводы с латышского языка
Переводы с литовского языка
Переводы с молдавского языка
Переводы с немецкого языка
Переводы с норвежского языка
Переводы с осетинского языка
Переводы с польского языка
Переводы с португальского языка
Переводы с румынского языка
Переводы с татарского языка
Переводы с украинского языка
Переводы с французского языка
Переводы с чешского языка
Переводы с якутского языка
Прочие сочинения
Примечания к поэме «Реквием»
Примечания к Энума Элиш
Проза о Поэме
Публицистика
«Адольф» Бенжамена Констана в творчестве Пушкина
Все было подвластно ему
«Каменный гость» Пушкина
Пушкин и дети
Слово о Данте
Слово о Пушкине
Воспоминания
Амедео Модильяни
Воспоминания об Александре Блоке
Завтра день молитвы и печали.
Листки из дневника. Воспоминания об О.Э. Мандельштаме
Михаил Лозинский
О Гумилеве
Биография
Автобиографическая проза
Свидетельство о крещении Анны Ахматовой
Хроника жизни и творчества Анны Ахматовой
Критика
Саша Черный. Подорожник (Обзор книги)
Об авторе
Аманда Хейт. Анна Ахматова
Горенко (Ахматова) Анна Андреевна
Евгений Евтушенко. Кратко об А. Ахматовой
Из сокращенной и обобщенной стенограммы докладов т. Жданова
Михаил Эпштейн. Анна Ахматова
Натан Готхарт. Двенадцать встреч с Анной Ахматовой
Об Анне Ахматовой
Постановление Оргбюро ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» 14 августа 1946 г.
Справка МГБ по Ленинградской области об Анне Ахматовой
Подписывайтесь

Стихи и поэты.
697 людям нравится
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия Нравится Стихи и Поэзия
Реклама
Годы | Стиль | Автор
Библиотека русской поэзии
Все поэты